— Убивал он? — спросил я.
Именно это мне нужно знать, а уж какое там восприятие — дело десятое. Но Света уклончиво покачала головой.
— Пока не могу сказать. Но если и убивал — то не один. И, возможно, вообще не по своей инициативе. Он… как бы носитель чего-то. Или участник, сам не зная чего. В конце беседы он закрылся, и я прекратила сеанс, но потом продолжим.
— Работай с ним дальше, — сказал Горохов. — А мы посмотрим на его родственников.
— Вся семейка замешана. Зуб даю! — воскликнул Федя.
— Андрей Григорьевич, — повернулся ко мне шеф. — Продумай и запланируй мероприятия по отработке семьи Лазовских.
— Уже думаю над этим, — кивнул я.
— С чего начнешь?
— Наведаюсь на фабрику «Красная нить», узнаю всё про Леонтия Прохоровича по месту его работы. Дома мы ничего не накопали, так что зайдем с другой стороны.
— Действуй, — одобрительно махнул рукой Горохов, но получилось, что платочком, который был зажат в пальцах — как будто прощался с кем-то.
Я подошёл к проходной фабрики «Красная Нить» в три часа дня не один. Со мной был Орлов. Еще Катков отрядил нам в помощь сотрудника БХСС. Мы прошли на территорию и направились в административный корпус мимо огромной доски почета с фотографиями ударников труда за стеклом.
БХССник, старший лейтенант Фадеев — тот ещё формалист, как ни странно, с огромным желанием пошел с нами, видимо, раньше Бобырев его не пускал с проверками на фабрику. Войдя на территорию, он будто бы сразу почуял, как пахнет вороватая бухгалтерия. Его я взял, чтобы навести шороху под видом проверки экономической и хозяйственной деятельности предприятия.
У кабинета директора нас встретила секретарша. Мы ее явно ошарашили, такую делегацию девушка видела в приемной впервые. Она поздоровалась и процокала каблучками к двери начальника. Постучала, приоткрыла:
— Даур Вахтангович, к вам товарищи из… из милиции.
Не дожидаясь ответной реакции, мы вошли в кабинет.
Директор поднялся из-за стола.Взмахнул руками, будто хотел взлететь, и поспешил к нам навстречу:
— А-а! Какие люди! Товарищ майор, Андрей Григорьевич! Борислав Гордеевич, и вы здесь? А это?.. — поручкавшись с нами, он протянул ладонь БХСС-нику.
— Старший лейтенант Фадеев, — сухо бросил тот, — старший оперуполномоченный по линии БХСС, мы с ревизией.
— Проходите, проходите… — лицо у Шамбы на мгновение перекосилось, но он тут же собрался, натянул улыбку. Гостеприимный, внимательный, тёплый — будто ничего не происходит и никто не заявился с проверкой. Только я заметил, как в уголке его глаза дёрнулся нерв. — Может, чайку? Или по чуть-чуть? Есть отличный абхазский…