Время шло. Он совещался с советниками. Писал письма. Выжидал. Искал способ решить всё так, чтобы мудрого короля не пострадал. Дни превращались в недели. А похитители, теряя терпение, напичкали пленницу деморализующими отварами, чтобы сломить её волю. Когда наконец её вернули — и вновь не было ясно, сдался ли в итоге отец или же похитители решили не идти до конца — было уже поздно. Мама едва дышала, не узнавала дочь, металась в бреду.
Но даже тогда был шанс. Величайший волшебник королевства, владеющий знаниями, что выходили за пределы дозволенного, был готов показать своё мастерство.
Но отец снова струсил.
На сей раз его испугали слухи, что король практикует запретные ритуалы, близкие к магии крови и некромантии. Он начал тормозить лечение, созывая один совет лекарей и целителей за другим.
Мама умерла через неделю.
Многое об этом рассказал Ильтер — тот самый волшебник при дворе, который был готов излечить мать.
Одно прикосновение к заколке — и всё это вновь пронеслось перед глазами. Пятнадцать лет прошло, а забыть так и не удалось. Невозможно было выбить из себя тот шок юной девочки, что потеряла маму и не понимала, почему её не спасли. Шли годы, и когда ей самой пришлось плести и распутывать ядовитое кружево дворцовых союзов, пришло не прощение, но понимание панического страха отца. Стала чуть лучше ясна логика слабого человека, который настолько боялся потерять власть и опозорить имя семьи, что пожертвовал любовью. Это было жалко, но объяснимо. Возможно, отец не хотел всего этого, но был вынужден на такое пойти.
Однако отец пошёл ещё дальше.
Всего через два месяца король представил двору новую королеву. Молодую, улыбчивую, идеально подходящую для своей роли. Вскоре родился младший брат — плод их великой любви, как говорили придворные. Потом ещё один. И ещё. Новая королева вошла в роль так убедительно, играла преданную супругу с таким мастерством, что те, кто не был приближен к делам короны, даже не замечали подмены. Для них рядом с королём Анвертом всегда сидела одна и та же женщина. Королевство продолжило жить, словно ничего не случилось. А ей всё это время проходилось исполнять роль любящей свою мачеху девочки.
Все эти годы она искала в глазах отца хоть тень раскаяния. Хоть намёк на тоску по той, кому он когда-то клялся в вечной любви.
Не нашла. Ни разу.
Трелорин снова окинула себя взглядом в зеркале и поморщилась. Слишком откровенно. Если бы речь шла просто о встрече с ними — идеально, но это будет не единственная встреча. Магия вновь повиновалась, и чёрный шёлк стёк с её тела, оставив на коже лишь мимолётное ощущение прохлады. Требовался компромисс между вызовом и сдержанностью.