Дверь в прихожей захлопнулась, а я так и сидела, глядя вслед. А потом махнула рукой:
— Да ну и хрен с тобой, Инга!
Ирина
— Мне даже стремно теперь куда-то ехать, — сказала я, когда мы вернулись из ресторана домой. – Слишком круто все завертелось. Что с твоей мамой, что с Люськой.
Мы собирались на медовый месяц, точнее, две медовые недели, в Малайзию. У меня были сомнения, потому что интернет обещал жару и ливни, но Змей отмел все мои возражения. Сказал, что ливни в августе на западном побережье, а мы полетим на восточное, на остров Тиоман. Окей, не стала спорить я. И добавила, что, если нас смоет в океан, он будет самдураквиноват.
— Глупости, — возразил Змей на мое «стремно». – Как раз сейчас нам нужно убраться подальше отсюда. Пока самая жаришка не спадет. Ты же понимаешь, Ириш, что тебя полюбасу во все это втянут. Или попытаются втянуть. И ты для всех будешь виновата. При любом раскладе. Потому что тебя назначили дежурной жопой.
— Ну да, — хмыкнула я. – Потому что я невестка и свекровь в одном флаконе.
— Самое главное – что для меня ты жена, — очень серьезно сказал он, подтащив меня к себе. – Надеюсь, и для тебя тоже. Ир, ты вот не веришь, а мне еще тогда, в Сочи, башку снесло полностью.
Угу, подумала я, куснув его за ухо, причем как снесло, так обратно и не принесло больше. Где-то так и бродит… одинокая башка. Ну и ладно. И без башки сойдет. А то некоторые, которые якобы с башкой, как скажут «я тут подумал», так страшно становится.
— И вообще, Ир… — Змей потянул молнию у меня на спине. – Я это… однолюб.
— Мономан? – с улыбочкой уточнила я.
— Мана-мана, — хрипло пропел он, ущипнув меня за попу.
— Мана-то маной, а ты прав, лучше действительно отсюда убраться подальше. Дабы не добавлять энтропии.
— Как я люблю, Ирка, когда ты умные слова говоришь, — поддел Змей. – У тебя такой вид сразу делается… значительный.
— То ли похвалил, — задумалась я, глядя в потолок, — то ли обосрал?
— А как больше нравится, так и думай.
— Мужики… — Я тяжело вздохнула. – Обычное дело – взвалить ответственность на бедную женщину.
— Ты это о чем? – не понял он.
— Да вот об этом, — повторила, скопировав его интонацию: — «А как больше нравится, так и думай». Сама-сама.
— Про «сама-сама» у меня совсем другие ассоциации. Очень-очень неприличные.
— Что ж ты, Змей, такой похабник, а?
— Еще скажи, что ты против. – Шелк под его ладонями гладко скользнул по бедрам, обнажая их. – Представь, как послезавтра в это же время мы будем заниматься всякими похабностями на тропическом пляже…
— Угу-угу. – Я потянулась к его ремню, расстегнула. – На пляже. Песок в письке, сколопендра ядовитая под задницей.