[4] Сленговое выражение — типа в океане, или в море. Первое, всё-таки скорее.
[5] С этими племенами англичане вели четыре! Целых четыре войны, пока смогли их покорить.
[6] Аккра — нынешняя столица Ганы, тогда — важный форпост британской колонизации Золотого берега в Западной Африке.
В окопах под Кимберли
Глава тридцать первая
В окопах под Кимберли
Центр алмазной добычи Кимберли
21 мая 1898 года
Лучшие друзья девушек — отнюдь не бриллианты
(народное творчество)
( добровольцы, но не комсомольцы )
Здесь, в Южном полушарии, конец мая — это начало зимы. Конечно, на Юге Африки сие время года — понятие весьма условное, но, как и везде, она сопровождается не самой приятной погодой. Нет, тридцатиградусные морозы — это про Наполеона и поход его Первого Еврорейха на Москву. Но дожди и слякоть… ну… тут иногда такое бывает. Хотя обычно просто холодно. Минусовая температура? Может пару раз за столетия в июле или августе выпадает, но это чаще всего на побережье. Тут, на материке такое — чудо из чудес. В общем, буры в окопах под Кимберли не мерзли. После разгрома англичан под Мафекингом африканеры воспользовались железнодорожной веткой на Кимберли и перебросили туда резервы. Питер Кронье пока находился на излечении, его ранение оказалось достаточно сложным, и эскулапы не исключали ампутации ноги, чему он отчаянно сопротивлялся. В его отсутствие командовать войсками у Кимберли (а там собралось порядка восьми тысяч буров с артиллерией и пулеметами) стал Луис Бота — один из самых толковых бурских военачальников. Надо сказать, что через португальские колонии в Трансвааль и Оранжевую республику потек ручеек добровольцев — и не только военных. Туда отправлялись и, так сказать, гуманитарные миссии. В общем, ополчение у Кимберли говорило на самых разных языках, хотя голландский и его африканский вариант были, всё-таки, основными.
( Луис Бота )
Дело шло к вечеру. У костра под деревом расположилась небольшая группа бойцов, говоривших на русском языке. К ним подошел еще один соотечественник, прислушался. Подстеливший на землю свою куртку доброволец уверенно декламировал:
— И минет день, настанет грозный час
И перестанут действовать законы
И будет слышан лишь тяжелый шаг
Идущих вдаль линейных батальонов!
— О Мишель, тебя опять на стихи пробило! Когда сочинить сподобился? — поинтересовался подошедший, довольно молодой человек с пышными усами.
— Леша! Это ты? Ты от Боты? Да… вот на привале как-то после вчерашнего боя на ум пришло…
— Ох, Michelle, ma belle, ты ж подумай, друг мой ситный, какие тут линейные батальоны? Не дай Бог нам тут их увидеть. Хотя… пока в Африке действуют легкие силы — у нас еще есть шансы, но вот нагонят, как ты говоришь, линейные батальоны — и раскатают нашу армию, которую армией считают по недоразумению, в тонкий блин раскатают!