— Помните, — сказал он, когда сопровождающие были отобраны, — ничего там не берите, ни к чему даже не прикасайтесь. Держитесь все время на виду и ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не заходите ни в одно здание.
Хаман и Коврил поддержали его энергичными кивками, что, похоже, произвело на айильцев большее впечатление, чем слова Ранда.
Они прошли через проход в давным-давно умерший город.
Прошедшее уже полпути к зениту жаркое солнце опаляло развалины — остатки былого величия. То здесь, то там высился беломраморный дворец, увенчанный почти целым куполом, но в большинстве стен зияли проломы, а некоторые здания почти полностью развалились. Длинные, обрамленные колоннами улицы вели к подножию высоченных, под стать кайриэнским, башен с неровно обломанными верхушками. Крыши почти повсюду провалились, по мостовым веером рассыпались кирпичи и камни — обломки рухнувших строений. Каждый перекресток был отмечен развалившимся фонтаном или рухнувшим монументом. В городе не чувствовалось никакого движения — ни птица не пролетела, ни крыса не пробежала, даже малейший ветерок не шелохнулся. Тишина окутывала город, носивший имя Шадар Логот. Засада Тени. Место-Где-Поджидает-Тень.
Ранд позволил проходу исчезнуть. Никто из айильцев не опустил вуали. Огиры озирались по сторонам, лица их были напряжены, уши жестко оттянуты назад. Ранд держался за саидин, вел с ней борьбу, которая, по словам Таима, напоминала человеку, что он жив. Здесь, в Шадар Логоте, Ранд, даже если бы он не мог направлять Силу, особенно нуждался в подобном напоминании — а возможно, именно потому, что обладал такой способностью.
Во время Троллоковых войн Аридол являлся столицей великой страны, состоявшей в союзе с Манетерен и прочими Десятью государствами. Войны тянулись так долго, что в сравнении с ними и Столетняя война могла показаться короткой, и вот, когда стало ясно, что Тень одолевает повсюду, а каждая победа Света позволяет разве что оттянуть конец, советником аридольского короля стал некто по имени Мордет. Чтобы уцелеть, чтобы одержать верх над Тенью, наставлял Мордет, Аридол должен превзойти Тень суровостью, жестокостью и коварством. Это произошло не сразу, но в конце концов, внимая советам Мордета, Аридол если и не стал чернее самой Тени, то, во всяком случае, сравнялся с ней. Война с троллоками еще бушевала, но Аридол обратился против себя самого, и взращенная им же тьма поглотила его.
Город погиб, и в нем оставалось нечто, делавшее жизнь здесь невозможной. Каждый камушек, каждая песчинка дышали ненавистью, подозрительностью и злобой — теми самыми, что сгубили Аридол, превратив его в Шадар Логот. В каждом камушке таилась зараза, способная со временем погубить любого.