— Лойал рассказывал мне про огира, пробывшего вне стеддинга дольше, — тихо произнес Ранд. — Десять лет, так он говорил…
Юноша еще не успел закончить, а Хаман уже замотал головой:
— Нет, это не дело. Я слышал о пятерых пробывших вне стеддинга так долго, и думаю, будь таких больше, знал бы и о них. Подобное безумие обязательно описывали бы в книгах, о нем непременно говорили бы. Так вот, трое из этих пятерых умерли в первый же год после возвращения, четвертый стал калекой, да и пятая до конца своих дней ходила с палкой. Правда, писать она не перестала. Хм-хм. У Далар было что сообщить насчет… — На сей раз, когда Коврил открыла рот, у Хамана даже голова дернулась, а длинные брови взметнулись вверх. Она принялась яростно разглаживать юбку, но глаз не опустила. — Пять лет действительно еще не предел, — сказал Хаман Ранду, искоса поглядывая на Коврил, — но теперь мы привязаны к стеддингам. В этом городе ничто не указывает на присутствие Лойала. Судя по тому, как таращились на нас на улицах, огиров здесь давненько не видывали. Поверь, если скажешь, где он, сделаешь для него доброе дело.
— Он в Двуречье, — ответил Ранд. В конце концов, спасти друга вовсе не значит предать его. — Когда я видел его в последний раз, он отправлялся туда. В хорошей компании, с верными друзьями. Двуречье — спокойное место. Безопасное. — Теперь и впрямь безопасное, благодаря Перрину. — Во всяком случае, несколько месяцев назад с ним все было в порядке. — Так рассказала Боде, когда делилась с Рандом новостями о том, что случилось в родных краях.
— Двуречье, — прогудел Хаман. — Хм-хм. Да, я знаю, где это. Нам снова предстоит долгий путь.
Огиры нечасто ездили верхом. Трудно найти коней, способных нести такой вес, да и сами они больше полагались на свои ноги.
— Надо немедленно отправляться в дорогу, — легонько, но твердо прогромыхала Эрит. Легонько в сравнении с Хаманом.
Коврил и Хаман взглянули на нее с удивлением, и ее уши поникли. Ведь она была всего-навсего молоденькой девушкой, сопровождавшей старейшину и женщину, обладавшую, судя по тому, что она не пасовала перед Хаманом, определенным влиянием. Этой Эрит наверняка лет восемьдесят, не больше. А то и семьдесят. Совсем девчонка — эта мысль вызвала у Ранда улыбку.
— Прошу вас воспользоваться гостеприимством этого дворца, — сказал он. — Несколько дней отдыха не повредят, а возможно, даже ускорят ваше путешествие. И думаю, кое в чем вы могли бы мне помочь, старейшина Хаман. — Ну конечно! Старейшина Хаман, как он сразу не вспомнил. Лойал не раз рассказывал ему о старейшине Хамане, своем учителе, который будто бы знал все на свете. — Мне нужно установить местонахождение Путевых врат. Всех.