— Поедем вместе, но не сейчас, Фэйли. Когда я смогу. — Пока он еще не был готов. Если он сейчас взглянет на те могилы под яблонями… Странно. Он всегда считал себя сильным — это само собой разумелось, а оказалось, что не так он и крепок. Ну да хватит хныкать, точно маленький мальчик, пора браться за дело. — Сначала — главное. Найти Тэма и Абелла.
Мастер ал’Вир заглянул в общую залу и, убедившись, что Перрин и Фэйли уже сидят порознь, вошел.
— Там на кухне — огир, — ошеломленно сказал он Перрину. — Самый настоящий огир! Сидит пьет чай. Самая большая чашка в его ручищах кажется не больше наперстка. Хоть Марин и делает вид, будто айильцы ей не в диковинку и чуть ли не каждый день к нам захаживают, но как увидела этого Лойала — едва в обморок не хлопнулась. Я дал ей двойную порцию бренди, так она выдула в один присест, словно воду. И чуть до смерти не закашлялась — обычно она ничего крепче вина не пьет. Думаю, поднеси я ей еще — она бы и вторую выпила. — Бран замолчал, поджал губы и принялся рассматривать несуществующее пятнышко на своем длинном белоснежном переднике, а потом спросил: — С тобой все в порядке, сынок?
— Все нормально, — торопливо ответил Перрин. — Мастер ал’Вир, мы не можем здесь оставаться. Кто-нибудь может донести белоплащникам, что вы меня приютили.
— Ну, на такое мало кто пойдет. Не все у нас Конгары и Коплины. — Однако остаться не предложил.
— Вы знаете, где я могу отыскать мастера ал’Тора и мастера Коутона?
— Где-нибудь в Западном лесу, — медленно отозвался Бран. — Это единственное, что я знаю наверняка. Они не сидят на одном месте. — Сомкнув пальцы на толстом животе, он склонил набок окаймленную венчиком седых волос голову. — Ты ведь пока не уезжаешь? Я говорил Марин, что ты не уедешь, но она не поверила. Твердит, что тебе надо уносить ноги, потому что так будет лучше. Как и все женщины, она уверена, что в конце концов настоит на своем, дай ей только без конца талдычить одно и то же.
— А вот я, мастер ал’Вир, — вкрадчиво промурлыкала Фэйли, — нахожу, что мужчины очень умны. Достаточно им растолковать, какой путь самый верный, и они тут же его выбирают.
Бран ответил ей удивленной улыбкой:
— Стало быть, ты уговоришь Перрина уехать? Марин права: это самое разумное, коли ему неохота в петлю. Правда, иногда мужчина остается потому, что не может, не имеет права бежать. Нет? Что ж, вам виднее. — Он проигнорировал насупленный взгляд девушки. — Пойдем-ка, сынок, расскажи Марин добрые вести. Но держись крепко, потому как она попытается тебя переубедить, а спорить с ней непросто.