Она вздымалась вверх на двести футов и была не менее сорока футов в поперечнике. Стены ее сверкали, как полированная сталь. Перрин дважды обошел ее кругом и не нашел не то что входа, даже щелочки — только гладкая, ровная стена без единой отметины. Башня вполне могла оказаться сплошной металлической колонной. Но в воздухе висел запах. Тот самый холодный нечеловеческий запах. Здесь след обрывался. Человек — если это все же был человек — каким-то образом проник внутрь. Перрину оставалось лишь найти способ последовать за ним.
Стой! — прозвучало в сознании беззвучное предостережение. — Стой!
Он обернулся, и перед ним неожиданно, словно соскочил с облаков, возник огромный, покрытый шрамами серый волк. Возможно, он действительно соскочил с облаков. Помнится, Прыгун всегда завидовал орлам. Ему хотелось летать, а здесь, наверное, это стало возможным. Одинаково желтые глаза человека и волка встретились.
— Почему ты хочешь, чтобы я остановился, Прыгун? Он убил волка.
Люди испокон веку убивают волков, а волки — людей. Почему именно сейчас тебя это так взъярило?
— Сам не знаю, — медленно произнес Перрин. — Может быть, из-за того, что это произошло здесь. Мне и в голову не приходило, что такое возможно. Я думал, что уж тут-то волкам ничто не угрожает.
Ты преследуешь Губителя, Юный Бык. Он находится здесь во плоти и может убивать .
— Во плоти? Ты хочешь сказать — не во сне? Но как это может быть?
Не знаю. Это нечто древнее, почти забытое. Оно явилось вновь, как и многое другое. Теперь по снам блуждают твари Тени. Создания Клыка Душ. От них не убережешься .
— Он сейчас внутри. — Перрин рассматривал лишенную всяких примечательных черт металлическую башню. — Вот бы забраться туда да прикончить его.
Глупый щенок, ты хочешь сунуть голову в осиное гнездо! Это место само по себе зло, а загнав зло во зло, ты усугубил его. Губитель смертельно опасен .
Перрин призадумался. Он чувствовал, что слово «смертельно» означало сейчас нечто большее, чем обычную смерть. Нечто окончательное и бесповоротное.
— Прыгун, а что происходит с волком, который погибает здесь, во сне?
Волк немного помолчал.
Умирая здесь, мы умираем навеки. Не знаю, относится ли это и к тебе, но думаю, что да, Юный Бык .
— Это опасное место, лучник. Башня Генджей — плохое место для людей.
Перрин резко обернулся, натягивая лук, и увидел стоявшую в нескольких шагах от него женщину. Ее золотистые волосы были заплетены в длинную, до пояса, толстую косу, почти такую же, какие носили женщины Двуречья, но более сложного плетения. Но одета она была странно — в короткую белую куртку и широкие шаровары из тонкой светло-желтой материи, присборенные у лодыжек над короткими сапожками. Накинутый на плечи темный плащ прикрывал что-то поблескивавшее серебром на ее боку.