Она во все глаза всматривалась туда, где должен был появиться Тар Валон. Наверняка Анайя там будет. «Наверное, и Галад тоже там». Против воли Эгвейн покраснела и напрочь изгнала Галада из своих мыслей. «Думай о погоде. Думай о чем-нибудь другом. Свет, как же сегодня тепло!»
Сейчас, в начале года, когда память о зиме была совсем свежа, Драконова гора все еще оставалась увенчана белым, но здесь, на равнине, снега уже таяли. Ранние всходы проклюнулись сквозь бурый покров прошлогодних трав, а там, где деревья взобрались на пологие холмы, показывались кое-где первые рыжеватые росточки. После проведенной в пути зимы, когда лошади, увязая по брюхо в сугробах, успевали от рассвета до заката пройти меньше, чем Эгвейн при хорошей погоде могла проделать на своих двоих к полудню, когда путники нередко по несколько дней оставались заперты метелью в лагере или какой-нибудь деревне, признаки наступающей весны радовали глаз.
Откинув за спину сковывающий движения плотный шерстяной плащ, Эгвейн позволила себе опуститься в седло с высокой задней лукой и нетерпеливым жестом оправила юбку. Ее темные глаза наполнились отвращением. Долго, слишком уж долго девушка носила это платье, собственноручно перешитое ею в наряд, пригодный для верховой езды, однако второе ее — и единственное запасное — платье дорожная грязь испачкала еще больше. И вдобавок оно было того же темно-серого цвета — цвета, в который облачали обузданных. В начале их пути к Тар Валону, многие недели назад, выбор в одежде был небогат: либо темно-серое, либо вообще ничего.
— Клянусь, Бела, я никогда больше не надену серого, — сказала Эгвейн своей мохнатой лошадке, поглаживая той гриву.
«Хотя вряд ли у меня будет большой выбор, когда мы вернемся в Белую Башню», — подумала девушка. В Башне всем послушницам положено носить белое.
— Снова сама с собой болтаешь? — спросила Найнив, подъезжая поближе к Эгвейн на своем гнедом мерине. Всадницы, обе одного роста, и одеты были тоже одинаково; лишь из-за разницы в стати их лошадей бывшая Мудрая Эмондова Луга казалась на голову выше. Найнив хмурилась и подергивала свою толстую темную косу, свисающую у нее с плеча, как привыкла делать в минуты волнения или беспокойства, да еще когда собиралась упрямиться пуще обычного. Кольцо Великого Змея на пальце выдавало в девушке одну из принятых — еще не полноправная Айз Седай, но на широкий шаг ближе к ним, чем Эгвейн. — Лучше тебе смотреть в оба.
Эгвейн придержала на языке реплику, что она, мол, и так смотрела в оба на Тар Валон. «Неужели Найнив думает, будто я встала в стременах оттого, что мне не нравится седло?» Частенько Найнив словно бы забывала, что она больше не Мудрая Эмондова Луга, а Эгвейн уже совсем не ребенок. «Но она носит кольцо, а я нет — пока что! — и для нее это значит, что ничего не изменилось!»