В ночи пахло как-то не так: древней пылью и затхлыми комнатами, куда не входили уже много лет. Такому запаху не место на лесной полянке. В животе у Бэйрда снова заурчало. О Свет! Вот бы заморить червячка… Он сосредоточил внимание на работе, держа камни так, как в детстве учил его старый Паппил. При ударе камня о камень рождалось чувство, отгонявшее голод и озноб. Хоть что-то в этом мире осталось неизменным.
Лорд Джарид бросил на него недовольный взгляд. Бэйрд входил в число десяти человек, этой ночью выбранных лордом для охраны шатра.
— Принесите мне голову Илэйн, Карам, — произнес Джарид, повернувшись к своим капитанам. — Эта шальная ночь — дело рук ее ведьм.
— Принести голову? — раздался скептический голос стоявшего чуть поодаль Эри. — Каким образом?
Лорд Джарид оглянулся. Все, кто стоял у освещенного факелом стола, последовали его примеру. Эри смотрел в небеса. На плече — нашивка: золотой кабан бросается на красное копье. Знак личного телохранителя лорда Джарида, но голосу Эри недоставало уважения.
— Как именно, Джарид, следует отделить ее голову от тела? Зубами отгрызть?
От столь вопиющей дерзости замер весь лагерь. Бэйрд перестал стучать камнем о камень. Да, поговаривали, что лорд Джарид превратился в форменного сумасброда. Но такое?
— Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне? — брызнул слюной покрасневший от ярости Джарид. — Ты, мой телохранитель!
Эри не отрывал взгляда от запеленутого в хмарь неба.
— Ты лишен денежного довольствия за два месяца! — объявил Джарид, но голос его дрожал. — Разжалован и назначен чистить отхожие места впредь до особого распоряжения. А заговоришь со мною снова, отрежу тебе язык!
Бэйрд вздрогнул под дуновением холодного ветра. Эри был лучшим из всех, кто остался от повстанческой армии. Другие телохранители замялись и потупились.
Эри взглянул на лорда и улыбнулся. Ни слова не сказал. В этом не было необходимости. «Отрежу тебе язык»? Весь до последнего металл в лагере размяк, как топленое сало. На столе перед лордом лежал покоробленный кинжал, растянувшийся, когда тот доставал его из ножен. Борта расстегнутого мундира хлопали по телу Джарида; в прошлом их украшали серебряные пуговицы.
— Джарид… — произнес Карам. Юный лорд одного из второстепенных Домов, лояльных Дому Саранд, был толстогуб, но худощав лицом. — Ты и правда… Правда считаешь, что это сделали Айз Седай? Что они уничтожили весь наш металл?
— Ну конечно! — рявкнул Джарид. — А кто еще? Только не говори, что веришь в те байки, что травят у костров на привале. Последняя битва? Ха! — Он опустил взгляд на стол, где лежала, придавленная камешками по углам, карта Андора.