— Тебе совершенно нет дела до того, что он умрет?
— Нет. Люди умирают все время.
— В наших силах сделать так, чтобы это происходило реже. Ты помогаешь женщинам рожать детей и самим при этом уцелеть. В чем разница?
— Я не рискую при этом собой или тобой.
— Говорю же, твоя жизнь не подвергалась опасности.
Диса улыбнулась одними губами:
— Завтра к нам явится стража. Если они заподозрят, что ты помогаешь беглым преступникам, тебя казнят. А я останусь вдовой или погибну, пытаясь вытащить тебя из ловушки, куда ты сам себя загнал.
— Меня не нужно вытаскивать!
Она так резко развернулась, что на мгновение Эйрику показалось: жена сейчас его ударит.
Вместо этого она произнесла:
— «И будут двое одна плоть»… Помнишь?
В этот раз, когда он придвинулся и обнял ее, Диса не отстранилась, хотя в руках его была напряженной и неподатливой, твердой как скала. Все же у него не возникло ни малейшего сомнения, что, окажись он в беде, Диса не станет сидеть сложа руки. Он потерся щекой о ее волосы, и она чуть обмякла.
— Я буду тебя слушать, душа моя. Муж да убоится жены своей.
Диса фыркнула и уткнулась ему в плечо. В этот миг все бродяги мира потеряли для Эйрика всякое значение.
Он наверняка решил, что на этом они помирились. У мужчин всегда все просто. Обнялись — значит, в семье снова воцарился покой. Эйрик стряхивал злость, как собака капли воды после купания. Диса же подолгу носила ее с собой, подпитывая и лелея.
Ночью отдохнуть так и не удалось, а утром, как она и предсказывала, явились стражники. Эйрик был убедителен — уж это он умел. На вопрос, не видал ли он беглого убийцу, пастор чистосердечно признался, что встречал его ночью. Тот украл в конюшне лучшую кобылу и был таков. Останавливать его священник, конечно, не стал. Дома жена и немощный ребенок — а ну как преступник не побрезгует и разделается со всеми троими? Эйрик прямо на глазах сделался ниже ростом и тщедушнее, так что даже Диса охотно поверила бы, что он перепугался до смерти. Напоследок Эйрик спросил, как скоро ему вернут коня, и изобразил искреннюю досаду, когда в ответ слуги закона только развели руками.
К вечеру вернулась Керн. Ее шкура была сухой и блестящей, копытами она переступала бойко. Арни покормил кобылу сеном и напоил. На следующий день Диса отправилась в Стоксейри под предлогом того, что нужно отвезти сестре кое-какие мази и травы. На самом деле ей просто хотелось побыть одной, а длинная летняя дорога отлично сгодится для этих целей.
Ее брат Бьёрн женился на северянке Рагнхильд примерно в то же время, что Диса вышла замуж за Эйрика. Девушки виделись, но познакомиться как следует не успели: одна уехала в Вохсоус вслед за мужем, а другая осталась в рыбацкой деревне. Первое впечатление от Рагнхильд было смутное. Она была тощей и бледной — не от болезни, просто таково было ее естественное сложение. Диса по привычке отметила узкий таз, который может затруднять роды, но промолчала. Бьёрну нравилась скромная благочестивая жена, так пускай радуется.