Жаль, думала она, что нельзя целиком материнские страдания перенести на мужчин, из-за которых бедняжки мучаются… Тоура говорила, что некоторые повитухи пробовали, да только родовые муки так сильны, что мужское сердце не выдерживало. Магнус покорно вытянулся рядом с женой, нащупал ее руку и сжал пальцы. Эйрик встал рядом. Диса резко выдохнула и опустила обе ладони на живот Лауги, забирая ее боль.
Она думала, что это будет похоже на то, как сунуть ладони в пламя, но на самом деле чувство было такое, словно ей раздробили каждую косточку в кистях. Стоило ей оторвать руки от живота, как Лауга перестала стонать и широко распахнула глаза, удивленная внезапной передышкой. Диса хотела спросить у Магнуса: «Готов?», но передумала. Никто не готов к этому. Она просто прижала ладони к его животу сквозь рубашку.
Несколько мгновений Магнус ничего не понимал. Так бывает, когда боль накатывает одномоментно, без предупреждения. Люди, которым отрубило руку, в первую секунду выглядят растерянными — как такое могло случиться? А потом он закричал так истошно, точно увидел перед собой дьявола. Он вопил, словно его тело вывернули наизнанку и заставили ходить с обнаженными мышцами и связками. Эйрик скрутил друга, не давая ему вскочить, а Диса тем временем принялась за дело. Действуя осторожно, она медленно надавила на живот роженицы, поворачивая младенца так, чтобы вся попка оказалась в родовых путях. Лауга не смотрела на мужа, только на руки Дисы, бережные и уверенные.
— Вот и все. — Повитуха ободряюще улыбнулась аульве. — Сейчас дело пойдет. Но боль придется вернуть, иначе родишь, но останешься вдовой.
Как только Магнус с Эйриком сыграли свою роль, Диса их выпроводила. Эйрику пришлось тащить друга на себе, так сильно тот ослабел. Смотреть на это было забавно. Если бы не опасная работа, которая предстояла Дисе, она бы от души повеселилась, глядя, как крепкий мужчина сдался от малой части того, что большинство женщин переживает каждый год.
Диса велела Лауге встать на колени, схватиться за спинку кровати для удобства и тужиться на схватке. Родилась попка, и младенец тут же обгадился. Пока Диса вытирала руки, служанки по ее приказу поили Лаугу водой, в которой прокипел диво-камень. Медленно, но уверенно ребенок вылезал на свет. Тельце родилось без приключений, оставалось самое сложное. Больше всего Диса боялась, что голова застрянет: она крупнее тела, и помочь тут никак нельзя, только ждать и надеяться, что малютка не задохнется. Стараясь, чтобы ее волнение не передалось роженице, она выдохнула и медленно убрала руки, позволив детскому туловищу повиснуть на одной шее, как учила Тоура. Вид безвольно свисающего из роженицы ребенка с головой в родовых путях казался одновременно смешным и пугающим. Нужно совсем немного времени, совсем чуть-чуть…