У меня пошли картинки из памяти колдуна, дополняющие рассказ Дамиана. Вот Рон покупает капли, вот просит зелье, разжигающее похоть, вот закупает у него заговорённые стрелы с серебряными наконечниками.
Мне и его рассказ не нужен, вот только Дамиан должен покаяться, а Эрн с Улавом узнать всё, но не от меня.
– А в чём заключалась твоя роль? – спокойно спрашиваю я.
Лицо его снова бледнеет и покрывается потом, руки дрожат. Испугался! Теперь-то нужно о себе любимом рассказывать, а не на отца вину перекладывать. Рональф, конечно, был идейным вдохновителем заговора, но и Дамиан замазан по самый хвост.
– Я просто выполнял приказы отца, – дрожащим голосом говорит Дамиан.
– А что он тебе приказывал? – спрашивает Эрн.
– Ну, например, подливать тебе капли в питьё, подавляющие истинность, чтобы ты не поставил метку на Эрике, – охотно рассказывает он о своих лёгких прегрешениях.
– Или, например, выманить Верею в лес, чтобы я за ней отправился, и выстрелить в меня на стоянке заговорённой серебряной стрелой, – напоминаю я. – Или выкрасть её из дворца.
Дамиан в ужасе отшатывается, он даже не подозревал, что я всё знаю.
– Или натравить меня на брата ядовитыми речами, – вставляет своё слово Эрн, – разжигая во мне ревность.
– А может, заставить Эрику устроить дикую сцену, требуя казни княжны, – добавляю я.
– Нет, нет, Брен, не верь, это не я, – скулит Дамиан, – это не я. Меня заставил отец.
– Не лги, я всё знаю, – говорю я. – Кто тебя мог заставить оповестить Рона, что я нашёл свою истинную? Об этом знали только мы четверо. А ты послал ему весточку и получил распоряжение, что делать. А когда не получилось убить ни меня, ни Верею, вы устроили «торжественную» встречу во дворце.
Дамиан качает головой. Он сейчас похож на загнанную в угол крысу, которая озирается и не знает, что делать.
– Единственное, никак не могу понять, кто тебе помогал из окружения княжны? – спрашивает его Эрн.
Ему стало намного легче, когда он услышал, что Эрика такая же жертва этих двух мерзавцев, как Верея и он сам.
– Млада, – не мучаясь угрызениями совести, выдаёт свою помощницу Дамиан.
– А ей-то чего не хватало? – ошарашенно спрашивает Улав. – Она же личная служанка княжны. Верея ей доверяет.
– Она влюбилась в меня, – даже с некоторой гордостью рассказывает Дамиан, – вот и помогала.
– А ты ей что обещал? – грозно сдвинув брови задаёт вопрос Улав. Он слишком близко к сердцу принимает, когда девушек обманывают.
– Известно что, – говорит развеселившийся Эрн, – жениться. Так ведь?
Дамиан кивает. Судьба Млады меня не заботит. В любом случае она понесёт наказание за предательство своей госпожи. А вот Дамиана следует уничтожить, чтобы не вредил больше.