– Как ты собирался убить Брена? – резко спрашиваю я, уставая от постоянных вопросов.
– Серебром, – слышу я усталый голос мертвеца.
– Стрелами с серебряными наконечниками? – уточняю я у трупа.
– Не только, – отвечает он.
Надо заканчивать допрос, я знаком подзываю к себе Улава и шепчу ему, чтобы запустил в комнату Дамиана и только его.
Слышу, как отворяется дверь и шаги двух человек. Вскрик Дамиана, борьбу и тишину. Можно продолжать.
– Кто тебе помогал? – я нарочно задаю этот вопрос, чтобы ответ услышал Дамиан и не вздумал отпираться, если принимал участие в заговоре.
– Сын, – отвечает мертвец, и мне горько слышать его ответ. В глубине души я надеялся, что хотя бы детей он не вовлёк в свои преступные планы.
– А Эрика? – этот вопрос я задаю для Эрна, ему необходимо услышать ответ и решить, как дальше быть со своими чувствами.
– Она разрушила мои планы, – гремит голос советника, даже в мёртвом состоянии он её ненавидит.
– Поэтому ты убил её? – спрашиваю я.
– Да, – набатом звучит его ответ.
Не поворачиваясь к Дамиану, я начинаю читать заклинание обратного действия, изгоняющее дух мертвеца из тела и успокаивающее его. На последнем слове тухнет шестая свеча, и я поворачиваюсь к своему бывшему другу.
– Рассказывай, – звук моего голоса вонзается в его мозг каскадом ледяных осколков, причиняя невыносимую боль и ломая волю. – Я не собираюсь терять время, задавая вопросы. Либо ты говоришь мне правду, либо…
Я зловеще улыбаюсь и чувствую, как становится не по себе Эрну от моей улыбки. Дамиана она и подавно должна подавить.
– Ты тоже говоришь правду, но только мёртвым, – я киваю на труп его отца. Дамиану не обязательно знать, что его убил не я.
Брен
Страх Дамиана я ощущаю физически. Я слышу, как бьётся его сердце, словно пойманный в силки заяц, как дрожат его пальцы и учащается дыхание.
Его лицо бледнеет, а зрачки расширяются. Горько-сладкий аромат животного страха витает в комнате.
Он не знает, на что я способен на самом деле, но увидев труп отца, отвечающий на мои вопросы, понимает, что на всё. И это приводит Дамиана в то состояние, просто идеальное для допросов.
– Я всё расскажу, Брен, – умоляет меня он, – только не убивай.
– Ложь я почувствую сразу, Дамиан, так что советую говорить правду, и молись, чтобы твой рассказ совпал с историей твоего отца, – безжалостно произношу я. – Я убью тебя сразу, не дожидаясь суда, так что не вздумай юлить.
На бледном лице Дамиана выступают капельки пота, он тайком вытирает ладони о штаны. Голубая жилка на шее бьётся так часто, что я слышу пульсацию крови.