Великий князь ударил по звонку на столе. Тут в комнату вошла парочка молодчиков-флигель-адъютантов.
— Уберите его с моих глаз.
— Ну, княже, вы явно не любитель засиживаться на одном месте, — проворчал Семён, поднимаясь со своего места.
Тульский поезд прибыл на станцию с значительным опозданием в три часа — дожди поздней осени размыли пути где-то под небольшим городком. Я вышел из вагона первым, и меня моментально обдало холодным ветром с реки, заставляя сильнее заворачиваться в тёплый меховой воротник шинели. За мной вышел Семён, хрустящий спиной после недолгой, но надоевшей поездки в поезде. А уже за нами вышел Прохор, держащий в руках объёмистые чемоданы.
Тверь встретила нас серым небом, приплюснутым куполом собора и вонью дёгтя от свежевымощенных улиц. На перроне же, прислонившись к телеге с сеном, нас ждал невысокий мужчина в тёмном пальто и с вечно недовольным взглядом. По нему сразу определялось, что он был агентом Опричнины. Просто разило этой отрешённостью и каким-то холодом, отталкивающим простого человека.
— Ваше сиятельство, — кивнул незнакомец в пальто без всяческой тени почтительности, — следуйте за мной. Ваше жилище готово согласно предписанию.
Машина заскрипела рессорами по булыжникам, минуя центр с его новомодными магазинами. Я молча смотрел на проплывающие фасады. В отличие от столицы, здесь не было даже капли того лоска и помпезности, с которыми приходилось сталкиваться каждый день в Москве. По сравнению со столицей или даже родным Томском, Тула казалась чем-то пограничным между ссылкой и свободой. Хотя здесь мне придётся провести много времени, и это мне совсем не нравилось. Куковать внутри города без особенных развлечений будет подобно пытке, а пытки, обращённые ко мне родимому, нисколько не добавляли оптимизма.
Дорога от вокзала пролегала мимо оружейных рядов, где даже в поздний час слышался шелест напильников. Тула практически всю свою жизнь жила оружейными заводами, и даже немалая часть улиц носила здесь имена деталей этого самого оружия. Воздух здесь давно пропитался смесью из металла, пороха и селитры. Странно, что центр «Марс» разместили именно в столице, а не здесь — в непосредственной близости к главному производственному кластеру вооружения в нашей стране.
Наше новое пристанище оказалось на окраине заводского города, в двухэтажном особняке, построенном минимум полтора века назад для успевшего почить богатого оружейника. Жёлтая штукатурка осыпалась, обнажая кирпичную кладку, но ставни были новые, крепкие. Лепнина же требовала реконструкции, крыльцо давно не видело ремонта, и в целом здание производило не самые тёплые впечатления, совсем не настраивая на рабочий лад.