— Хороший выстрел, племянник.
Анатолий медленно подошёл к добыче и потрогал ладонью ещё тёплый бок поверженного животного. Лесничий же, сняв шапку, крестился, провожая душу зверя, чтобы та не держала зла на охотников. В это время Семён неспеша вытягивал нож из ножен.
Я стоял неподвижно, глядя на свою добычу. В этом громадном мёртвом теле было что-то величественное — дикая, животная сила, навсегда упокоенная свинцом. Животное было даже жалко, ведь он столкнулся сразу с несколькими людьми, вооружёнными и злыми. Он же был один, но даже так вполне мог снизить численность охотящихся на него людей.
Пока Семён и лесничий возились с мёртвой тушей, Анатолий схватил с пояса флягу и, отвинтив узкую крышку, приник к горлышку. Кадык дяди заходил ходуном, но через несколько секунд он протянул фляжку мне. Пахнуло хорошим алкоголем, и я тоже приник к сосуду. Внутри оказался очень недурственный коньяк, а потому несколько глотков, как бы странно это ни звучало, отрезвили сознание после доброй дозы адреналина.
Обратный путь был тяжёлым — тушу приходилось волочь по очереди, впрягаясь в волок по двое. Конечно, путь облегчал успевший налететь за последние несколько дней снег, но даже так пыхтели мы изрядно. В лес во время охоты мы успели погрузиться достаточно глубоко, а потому обратная дорога выматывала. Сменялись мы каждые полверсты, а скорость отряда была сильно ограничена.
Через два часа пути мы остановились на привал. Не сказал бы, что я был сильно вымотан за время этой тяжёлой прогулки, но сильно вспотел. Остальные члены охотничьего отряда выглядели ни в пример лучше, если не смотреть на главу Тульского полицейского управления — мужчину тучного, толстого и активно стремящегося набрать форму шара.
Не прошло и четверти часа, как полицейские вместе с дядей и лесничим подорвались с места. Это казалось мне странным, поскольку усталость на их лицах читалась легко.
— Мы немного вперёд пойдём, — принялся объяснять свой странный манёвр Анатолий. — Ты лучше отдохни, всё же человек к охоте непривычный, так что отдыхать побольше надо. Следы наши увидеть несложно, так что не заблудишься.
Большая часть отряда удалилась быстро, даже излишне споро, как для охотников. До наступления темноты было ещё долго, а потому можно было двигаться к ближайшей деревне неспешно, не тратя силы на высокий темп. Эти же рванули так, что пятки едва ли не сверкали.
— Не нравится мне это, княже, — заявил поднявшийся с небольшого пня Семён, снявший с плеча ружьё. — Странно это всё. Сначала вроде вместе шли, а тепереча убежали куда-то.