— А точнее? Скажи прямо, что предполагаешь.
— Клеветать дядю вашего не хочу, но слишком подозрительное у него поведение. Хотел бы он с вами время провести, то не спешил бы так быстро убежать и в одном темпе бы тогда мы двигались под лёгкие разговоры. Есть у меня подозрения, что убить он вас задумал. Всё же родственников по мужской линии у вас больше нет, а значит всё управление вашим имуществом в его руки перейдёт.
В словах казака был смысл. Анатолия я подозревал и без того, благо причин для этого было более чем достаточно, а нынешние его движения напрягали ещё больше. Сомневаюсь, что он решил вот так просто пойти на убийство, но действовать он мог неожиданно, нарушая букву закона.
— Тогда оружие держи наготове. Подозрения подозрениями, но если стрелять первые начнём, то всё может обернуться иначе. Я и без того в немилости у государя, а если на меня ещё и убийство аристократа повесят, то вовсе худо будет.
Сидеть долго было нельзя. Если дядя действительно задумал моё убийство, то нельзя оставлять им возможности организовать засаду. Ружей у них сейчас было значительно больше, а в нашем случае это слишком критическое преимущество для противника. Будь у меня вместо двуствольного ружья автомат, то можно было бы выкрутиться, но сейчас, в незнакомом лесу, нас влёгкую обойдут и свинцом нашпигуют, как кролика на охоте.
Дальше мы двигались осторожно. Следы волокуш можно было увидеть без особенных проблем, но я старательно пытался заметить другие признаки, что противник отошёл с основной тропы.
— Княже, давай стороной пойдём, — предложил Семён, приглядываясь следу. — Если ничего не случится, то скажем, что заплутали, а так преимущество их лишим.
Предложение было действенным, а потому мы свернули с тропы. Благо компас у меня имелся, а потому в случае необходимости выбраться сумеем. По непротоптанным дорогам идти было сложно, приходилось тратить сил гораздо больше, но с этим приходилось мириться. Шли мы с ружьями у плеч, готовясь в любой момент выстрелить.
Заметили друг друга мы практически в один момент. Тёмная фигура в шерстяном полушубке стояла всего в двадцати метрах от нас и явно ожидала встречи. Это был один из полицейских офицеров, которые отправлялись на охоту вместе со своим начальником. Их было двое, но второй в мгновение скрылся за толстым древесным стволом, пока я целился.
Выстрелы разорвали лесную тишину раскатом грома. Выстрел полицейского ушёл выше моей головы, просвистев злыми пчёлами. Два заряда крупной картечи вырвались из воронёных стволов, и плотный свинцовый кулак ударил полицейского прямо в грудь. Кровавым веером разлетелась кровь из пробитой груди, и мужчина повалился на землю, отброшенный мощным ударом. Рядом хлопнуло ружьё Семёна, а я побежал в сторону, высоко поднимая ноги и стараясь скрыться за старым поваленным деревом.