Я подошел ближе, опустился на табурет.
— Доброго здравия, Никита Егорович.
— Тут Никита Егорович, так сложилось, что разбираться с нападением было мне поручено. Произошло то все на казачьих землях. И Пятигорская военная администрация нашему отдельскому атаману Савелию Владимировичу Бортичу спустила, а он уже на ближайшую станицу перекинул. То бишь теперь разбираться мне предстоит. Поэтому и пришли мы поспрашивать, может чего упустили вначале. — Клюев перевел на меня взгляд.
Я кивнул и стал спрашивать.
— Не стану вас долго мучить, — начал я спокойно. — Мы последние полгода в нескольких делах, важных для нашего Отечества, вместе с Андреем Павловичем участвовали. Я хоть по годам еще не дорос, но так уж вышло, что не раз удавалось быть ему полезным.
— Да, я это уже понял, — кивнул Никита. — Говорил штабс-капитан, когда мы в Пятигорск направлялись, что встреча у него с одним интересным мальцом, который может помочь. Более он ничего не рассказывал, работа такая. Да и мы не лезли с расспросами. Но как ты заговорил, понял, что речь о тебе была.
— Нужно мне, Никита Егорович, понять, что именно там на тракте приключилось. Можете спокойно вспомнить, как все произошло? И чем подробнее, тем лучше.
— Да я уже все рассказал… Но, если нужно — повторить могу, — выдохнул он.
— Видели своими глазами, как он погиб?
— Как… — Никита смял одеяло еще сильнее. — Поглядеть толком не удалось. Но при таком… при таком обстреле…
Он осекся, поморщился и по-детски виновато посмотрел на меня.
Я выдохнул через нос.
— Давайте по порядку. Ехали вы вчетвером. Кто именно?
— Ну, как и положено, — оживился чуть Никита. — Андрей Павлович впереди, за ним мы: я, Николай Махонин и Александр Танищев. Нас к нему в помощь определили месяц тому назад.
— Место помните? — мягко перебил я.
— Как не помнить… — Никита прикрыл глаза. — От Пятигорска по тракту на Георгиевск если ехать, то верст двадцать будет. Там, где балка уходит вправо, в кустарник, а слева холм, или гряда тянется невысокая. Вот мы вдоль нее и двигались.
— Как поняли, что там засада?
— Поздно поняли, — хмуро признался Никита. — Ехали спокойно, основной путь уже проделан, до Пятигорска рукой подать — расслабились. По дороге поболтать позволили себе: в тот момент Саша Танищев как раз истории веселые рассказывал о своей учебе в Санкт-Петербурге.
Никита вздохнул, озираясь. Я кивнул на графин, и Клюев плеснул ему в кружку воды. Тот сделал пару глотков, перевел дух.
— Первым что-то почуял Андрей Павлович, — продолжил Никита. — Дальше все очень быстро. Сразу после его слов стрельба началась. Сначала на краю балки справа я дым увидел — после первых выстрелов. Потом слева начали палить. Впереди и сзади тоже, вроде, стреляли.