— В этом месте есть дверь, что открывается вашим ключом, — промурлыкала Анна мне на ухо. — Дверь, за которой скрывается нечто невероятное, представляющее ценность для нас обоих.
— В последний раз, когда мне что-то такое обещали, то в итоге попытались ограбить и убить.
— Я никогда не причиню вам вреда.
— Даже притащив сюда?
Мимо нас неспешно прополз слизень размером с корову, воняющий как целая свалка химических отходов. Когда мы отошли подальше и отдышались, Анна подняла на меня виноватый взгляд:
— Я ошиблась. Ошиблась, посчитав, что одно лишь посещение бала поможет вам осознать себя. Вы прекрасно справляетесь и без моей помощи.
Справляюсь или нет — вопрос открытый, но, как и раньше, сердиться на Анну у меня не выходило.
— Проехали.
— Если бы, — нежно улыбнулась она. — Мы ещё вернёмся к этому разговору. И ко многим другим, в самое ближайшее время. Но сейчас нам нужно отыскать дверь, открыть её и забрать то, что сокрыто. Другого шанса у нас не появится весь год, а то и больше — маски не всегда выходят столь удачными. Нам нужно действовать сейчас, Виктор. Доверьтесь мне.
Разумеется, я не мог ей доверять. Сейчас — ещё меньше, чем пару часов назад, когда согласился надеть предложенную карнавальную маску. Из всех окружающих меня странных личностей Анна однозначно стояла на первом месте по странности. Несмотря на связь с Полуночью её происхождение и намерения оставались тайной, а у её морального компаса напрочь отсутствовала стрелка. Очевидно, что несмотря на все разговоры о доверии, она строила собственные планы, не посвящая в них меня. Её пылающая страсть и моё влечение скорее усугубляли положение.
Насколько глубоко мне придётся забраться в ловушку невозвратных затрат? В какой момент придётся сказать «хватит» и повернуть, несмотря на манящий зов неразгаданных тайн? Сейчас спокойно танцевали посреди бала сатаны, но в любой миг он мог обрушиться на нас, чтобы поглотить без остатка.
— Сколько это займёт? — наконец спросил я.
— Не более часа. Бал будет длиться ещё четыре.
— Мы должны успеть до того, как явится Князь в Жёлтом, — нехотя сказал я. — И при малейших признаках проблем разворачиваемся и уносим ноги. Немедленно.
— Как скажете, Виктор, — ещё одна улыбка — самая нежная из тех, что она мне дарила.
— Зови меня Вик, — буркнул я. — И посвяти в план, хотя бы приблизительно.
Она явно хотела что-то сказать, но наше внимание отвлёк удар по струнам, по громкости способный сравниться со взрывом — начало новой песни. Безумные музыканты взгромоздились друг на дружку, устроив живую пирамиду метров пять в высоту, испускающую мелодию для энергичного танца.