— Сейчас мы должны танцевать, — шепнула она. — Чтобы не привлекать ненужного внимания.
— Если бы ты предупредила меня заранее, я бы взял пару уроков вальса.
— О, вы прекрасно справитесь и так.
И я, в последний раз танцевавший в школе на выпускном, взял руку Анны и закружился с ней в вальсе, будто готовился к этому моменту долгие годы. Возможно, это умение прилагалось к новой внешности и костюму.
Раз-два-три, раз-два-три…
— Я не знала о визите посланника и вашем отказе, — сказала Анна, когда мы сблизились после очередного па. — Я не могла представить, что вы пойдёте на это — и останетесь в живых. Вы гораздо сильнее чем я думала.
Раз-два-три, раз-два-три…
— Зачем ты меня сюда привела? — перефразировал я один из вопросов, что задавал раньше. — Что это за место?
— Я уже говорила, — лукавая улыбка из-под изысканной маски. — Это праздник сильных, бал, единый для девяти миров. Мне хотелось, чтобы вы своими глазами увидели, к чему стоит стремиться. Сделали глоток сырого могущества, что разливают здесь по бокалам вместо вина. По всем законам вам рано здесь находиться, а мне так и вовсе запрещено. Но разве это может нас остановить?
Раз-два-три, раз-два-три…
— Кто ты, Анна?
— Вы так и не догадались?
— Догадался. Но хочу услышать от тебя.
Раз-два-три…
Мелодия замедлилась, и Анна воспользовалась этим, чтобы прильнуть ко мне и приблизить губы к моему уху:
— Я служу Полуночи, как и те, кого вы очистили. Но я единственная, кто верна вам и только вам. От момента нашей первой встречи и до конца времён.
Мне хотелось ответить ей, задать ещё сотню вопросов, но вальс загремел с новой силой, и вокруг нас теперь кружились новые пары. И нам тоже ничего не оставалось, кроме как молча раствориться в танце, не сводя друг с друга глаз из-под золотых масок. С недавних пор всё золотое и жёлтое вызывало у меня только негативные ассоциации, но надо было отдать должное Анне за грамотную маскировку.
И всё же, сколь бы ни были прекрасны её серые глаза, в вальсе надо было посматривать и по сторонам.
Мимо нас проносились люди в костюмах — как современных, так и уходящих в прошлое веков на пять-шесть. Монстры тоже танцевали — по крайней мере те, у кого имелись ноги и руки. Фигуры без голов и с несколькими головами сразу, с гниющими наростами по всему телу, с рогами, растущими из черепов и врастающими в черепа, с десятками глаз на стебельках, тянущихся из любого участка открытой кожи. Что обиднее всего, некоторые из этих страхолюдин танцевали заметно лучше меня: изобретательно и задорно, а не просто попадая в такт. Сразу видно, что готовились к событию весь год, а не получили приглашение в последние пять минут.