Топор, правда, облагородили немного. Лезвие увили цветами и наложили на него защитное заклинание, заметное по голубоватому сиянию, но на этом все. Оружие оставалось оружием — если вовремя не перехватишь, так приложит, что мало не покажется. А перехватить требовалось не как Светоносный Аот на душу положит, а правильно: четко за рукоять, особым приемом. За этим пристально следили матери потенциальных женихов, присматривая будущую невестку. Ту, что, в случае необходимости, не станет истерить напрасно, а сумеет защитить дом и детей, когда супруг уйдет сражаться.
Я бы, конечно, вообще, увернулась или отошла. Замуж я не собиралась, ловить «мужа» не хотела. Зачем давать тому же Велару лишние надежды? Но не поймут же, решат, что струсила, а это позор не только для меня, для всей семьи. Поэтому я вздохнула, приготовилась и…
Все произошло в считанные мгновения. Взгляд почему-то метнулся на противоположную сторону площади — словно меня что-то дернуло, потянуло туда — и среди собравшихся людей моментально вычленил высшего. Того самого, с которым мы утром едва не подрались за цветок.
Крылья стихийник не раскрывал, но и без них сразу выделялся из толпы, как Стела Обета среди крестьянских лачуг. Широкоплечий, весь будто литой, и, в то же время, удивительно гибкий, текучий, он отличался от наших массивных, мощных мужчин, как каорский барс отличается от медведя. При этом дахар умудрялся выглядеть невероятно опасным. Я бы даже сказала, смертоносно-опасным. И смотрел он прямо на меня.
Поняв, что я его заметила, высший усмехнулся, лениво так, надменно, и повел рукой, материализуя на ладони призрачный цветок. Намекая. Обещая, что ничего еще не закончено. Вот ведь гад, он нас с Шилли так и выдать может.
Отреагировать я не успела.
— Посторонись, растяпа. Грифонов потом будешь считать, — возбужденно крикнули слева.
И меня резко ударили локтем, оттесняя в сторону. Прямо перед носом перехватывая топор.
Глава 2
На ногах я устояла, и даже увернулась от второго толчка — уже с другого бока. Конкурентки, в отличие от меня, не дремали, а отчаянно рвались к вожделенной награде.
Миг — и вверх взлетела рука победительницы с крепко зажатым в ней заветным призом. Гости одобрительно загудели, а я предусмотрительно отступила назад, и уже оттуда, из-за колонны, снова оглядела площадь.
Потом еще раз, внимательней.
И еще.
Бесполезно. Высший пропал — сгинул без следа, словно умертвие с первым лучом солнца.
Как он умудрился за считанные мгновения выбраться из толпы и исчезнуть, осталось загадкой. Испарился, что ли? А может, его и вовсе не было, а мне все привиделось? И вообще, чего это я так разволновалась?