Грэгорик подхватил меня под локоть, обеспокоенно вглядываясь в лицо.
— Сдурела? Жить надоело?
— Угу. То-то тебе от Тео влетит, если предъявишь ему мой хладный труп, — отозвалась я, машинально похлопывая по карманам в поисках мятной пастилки.
— Он меня живьем закопает, — мрачно подтвердил оборотень. — Пошли внутрь, пока эти дети не нагрянули. И как тебя вообще угораздило связаться с «висельником» и бандой малолетних карманников?
Я демонстративно пожала плечами и прошла в общий зал. Официантов уже не было — их рабочий день пока ненормирован. Лишь Ирна вовсю строила глазки Анри, пользуясь отсутствием Крэга. При вышибале матушка-дуэнья вела себя куда скромнее. У стены маялись от безделья ее дочки, на них лежала почетная обязанность кормить персонал, и роль эта девочек ничуть не тяготила.
Я подозвала Киру, заказала плотный ужин для спутника и сладкий чай с пирожным для себя. Заодно и повар отвлечется от любезностей с вдовой. Не нравится мне этот их флирт, неровен час, местные ханжи ее же и затравят.
— Ты на вопрос ответишь? — напомнил лейтенант.
— Почему ты зовешь Крэга «висельником»?
— Потому что это его официальный статус, — Грэгорик пожал плечами, изучая интерьер. — На его шее отчетливо виден след от удавки. Лет десять назад его приговорили к казни, но веревка оборвалась. Знак богов игнорировать не стали, повторно у нас не вешают.
Я задумалась. Значит, это прозвище имело под собой подоплеку. Стала ли я от этого меньше доверять Крэгу? Покривлю душой, если скажу, что нет, но в памяти всплыло, как вышибала стоял между Азаватом и входом на участок. Нет, определенно: пока Крэг не предаст меня, я не стану относиться к нему с предубеждением. За десять лет можно измениться.
— Ну, предположим. Пока я видела от «висельника», как ты говоришь, только хорошее. Крэг честно исполняет свои обязанности и не подводил меня.
— А малолетние разбойники? — не сдавался оборотень, с благодарностью кивнув Кире, которая принесла полную тарелку картофеля с куриными ножками и огромную кружку сбитня.
Я пожала плечами. Не стану же я рассказывать о мафии, о том, как Иштар попросила Одише и теперь Ульрих Второй и его люди не особо мне докучают. Даже вот помогают.
— А почему ты меня ненавидишь?
— Был бы я тут, — фыркнул Грэгорик, вгрызаясь в мясо, — если бы прямо ненавидел тебя? Мне кажется нет.
— Хорошо, недолюбливаешь. Почему?
— За длинный нос и привычку лезть куда не надо, — сухо отрезал оборотень, отпивая сбитень из высокого бокала.
О чем это он? Вспылить, что ли? Хотя нет. Мне совершенно точно нужна его помощь, а оборотень не тот человек, который станет выносить мои выходки. Это не Тео, хотя и тот нет-нет да ставил меня на место. Когда я могла с ним пересекаться? Не было такого. Вот сто процентов не было!