Меня начал разбирать нервный смех. Ситуация из «Красной Шапочки», только вывернутая наизнанку. «Бабушка, а почему у тебя такие большие зубы?» — «А это чтобы съесть тебя, чудовище в голубом шелке!». Кто из нас в этой сказке волк вопрос открытый. И это его прозвище для меня… оно ощущалось теплым, как те самые пироги, почти признанием в любви — признанием в том, что я единственная, кто способен пробить его спокойствие.
Я стояла посреди кабинета, чувствуя, как нелепо выглядит мой план по соблазнению на фоне его искренней усталости.
— А что, ты не голоден? — я постаралась придать голосу будничности, хотя сердце предательски частило.
— Голоден, — признал он, не отрываясь от еды. — Но шансы встретить доброе чудовище с горячим завтраком были минимальны. Перебился бы как-нибудь.
— Питаться надо прилично, Тео, а то заработаешь гастрит.
— Магией вылечу, — отмахнулся он, наконец откладывая пустой пакет. — Зачем пришла на самом деле?
— А ты… не рад меня видеть? — я досадно цыкнула. — Вариант «соскучилась» в твоем министерском протоколе вообще не рассматривается?
Он посмотрел на меня странно: долго, тяжело, выматывающе. Я уже приготовилась к какой-нибудь едкой гадости, к очередному словесному фехтованию, в котором он мастер. Сжалась внутри, ожидая удара.
— Рад, — внезапно выдохнул он.
— Что-что? — я едва не выронила сумку.
— Даже не надейся, что я это повторю, — пригрозил он мне надкусанным пирогом, и в этом жесте было столько… домашнего, что у меня защипало глаза.
— Хорошо, — покладисто согласилась я, лихорадочно соображая, как признаться в своей грандиозной глупости. — Я… насчет своего поведения пару дней назад.
— Озвучишь причины? — Тео устало потер виски, откидываясь на спинку кресла.
— Ну… представь, что тебе сообщили, будто я выхожу замуж, — туманно начала я, изучая носки своих туфель.
Повисла тяжелая, гулкая тишина. Тео медленно переваривал информацию, а я исподтишка разглядывала его осунувшееся лицо.
— И кто же эта гипотетическая несчастная, с которой ты меня уже мысленно оженила в своей голове? — наконец спросил он.
— Почему «несчастная»? — я искренне удивилась.
— Тина, ты мой характер видела? Кто меня вообще вытерпит, кроме тебя?
— Юлдуз, — покаянно выдохнула я, наблюдая за его реакцией.
— Кто⁈ — Тео вскинул брови. Было видно, как в его измученном мозгу со скрипом проворачиваются шестеренки, перебирая списки подозреваемых.
— Дочь Очира! — припечатала я.
— Кого⁈ Так, чудовище, давай-ка по порядку. Я не успеваю за галопом твоих фантазий, особенно после бессонной ночи. Сидела ты себе в таверне, ела пироги, потом вылетела оттуда как ошпаренная и впилась в губы моему брату. Кто такая Юлдуз и в какой вселенной она успела стать моей невестой?