Любопытство, всегда бывшее её и проклятием, и благословением, заставило Алису замедлить шаг. Прижавшись к холодной мраморной стене, она бесшумно выскользнула через боковую дверь в сад и, пригнувшись за кустом роз, чьи шипы показались ей сейчас удивительно символичными, затаила дыхание.
—…значит так, — шипел Аргил, и его обычная маска безразличия треснула, обнажив стальное нетерпение. — Я сегодня Изабель под любым, слышишь, под ЛЮБЫМ предлогом увожу из замка. Осмотр винодельни, прогулка, неважно! А твоя задача – соблазнить Кайна. Но так, чтобы по возвращении эта рыжая мегера застала тебя с ним. Ты поняла? Скандал должен быть сочным и неопровержимым.
У Алисы глаза буквально полезли на лоб. Казалось, она физически ощутила, как в её мозгу со щелчками срастаются разрозненные пазлы. Аргил? В сговоре с Морганой? Но он же клялся, что едва знает её в лицо! А теперь он руководил ею, как марионеткой, и та послушно кивала.
— Хорошо, — ехидно прошипела Моргана, и по её лицу скользнула хищная улыбочка. — Я давно мечтаю об этом… лакомом кусочке.
Аргил скривился, будто унюхал нечто неприятное.
— Фу, избавь меня от этих физиологических подробностей. Ты всё поняла? Никаких провалов.
Дальше слушать не было смысла. План был ясен, как слёзы невинной девы в дешёвом романе. Горячая волна ярости подкатила к горлу, но Алиса немедленно её подавила. Ярость делала небрежной. А сейчас требовалась хладнокровная точность.
Она бесшумно отступила и так же тихо, тенью, вернулась в замок. Мысли лихорадочно работали. Увезти меня? Хорошо, попробуй. Но правила игры только что поменялись.
Не сбавляя шага, она направилась обратно в столовую. Дверь распахнулась с таким грохотом, что Кайн, допивавший кофе, вздрогнул и поднял на неё удивлённый взгляд.
Алиса остановилась на пороге, положив руку на бедро, в позе, не оставлявшей сомнений в её намерениях.
— Планы меняются, — громко и деловито заявила она, словно сообщала о смене караула. — Сегодня ты проводишь для меня экскурсию по замку. Полную. От чердаков до подвалов, где ты, небось, прячешь секретную лабораторию. И никаких отказов не принимается.
Кайн медленно поставил чашку. Уголок его губ дрогнул. Затем вторая бровь поползла вверх, чтобы составить компанию первой. В его глазах вспыхнул тот самый смешанный огонь – изумления, раздражения и нескрываемой страсти. Он откинулся на спинку стула, его взгляд медленно, с явным удовольствием, скользнул по её фигуре, от щиколоток до разгорячённого лица.
— Что ж, — протянул он, и в его голосе зазвучали бархатные нотки. — Внезапно, но я и не против. Устроим инспекцию моим владениям. Надеюсь, ты готова к долгой прогулке?