Я же сосредоточился на черном льду под ногами. Не на пне. На озере. На его глубине. На желании не просто заморозить, а… поглотить. Сделать пустым. Проверить предел.
Энергия хлынула из источника по накатанным каналам, сконцентрировалась в моей ладони. Воздух затрещал от усилившегося мороза. Я опустил руку на лед.
Но что-либо сделать не успел — вдалеке, сквозь вьюгу, я услышал вой — тоскливый, злой, голодный. Он рвал душу, выворачивал нутро. От него хотелось зарыться в снег и визжать там от страха.
Пурген тоже его услышал — вскочил, напряженно замер. Пасть, полная острых зубов, оскалилась, глаза налились яростью, на землю закапала пена. Кажется, он был в бешенстве. Нервно постукивая копытом, он двинулся вперед, явно настраиваясь на драку. Но вот если он в этом мире такой большой и грозный, то какими тогда тут должны быть волки? От этой мысли мне едва не поплохело.
То, что мой козел особенный и отличается от любых других призванных животных, я давно понял. Как и то, что мир, в котором он живет, ни разу не веселый. Понятно, что у него тут должны быть естественные враги. И очень хреново, что теперь они стали и моими.
Впрочем, Пурген не раз мне помогал, а значит, пришло время отплатить ему тем же. Как бы там ни было — это мой козел, и только я смогу сделать из него шашлык. А всякие мохнатые псины пусть идут лесом.
А вой все приближался. Становился сильней, звучней, яростней. Козел замер на месте, по его телу пробегала едва заметная дрожь. Он явно едва сдерживался, чтобы не кинуться туда, в морозную чащу леса, откуда вой доносился.
Я тоже стоял и сдерживался, чтобы не рвануть… в противоположную от них сторону. Потому как я наконец-то увидел тех, кто пришел по наши души, понял, куда попал и кто такие эти волки. И вот тогда мне стало по-настоящему страшно…
Конец ознакомительного фрагмента.