– Так… – цепляюсь за фразу, что заставляет меня напрячься. – Вы сказали, что это только операция. Нужно будет что-то еще?
– Да. Учитывая возраст пациентки, ей потребуется реабилитация. А это совершенно другая сумма.
– Какая конкретно? – чувствую, как сосет под ложечкой в ожидании того самого удара.
И стоит доктору ответить на мой вопрос, как по венам растекается холод и меня начинает мутить. Потому что даже если я возьму кредит, то выплачивать его одновременно с ипотекой, при моей зарплате, нереально.
– Когда нужно заключить договор? – мысленно перебираю все возможные варианты того, где я могу достать деньги.
Придется занимать. Взять у того, кто не будет требовать их возвращения сразу, верно? Но и потом мне придется каким-то образом возвращать долг. Но я придумаю как! Главное – найти, у кого перехватить нужное количество. Должны же быть в моем окружении люди, способные мне помочь в трудной ситуации.
Позвонить матери? Она откажет. Скажет ждать квоты и не маяться.
Мирон… У него должны быть сбережения…
Я стою в коридоре, сжимая телефон в руке, и набираю номер своего парня.
Вызов идет, но мне никто не отвечает. Тогда я набираю его еще и еще, но вместо того чтобы ответить, он сбрасывает мой звонок. А после этого, при повторном наборе, я слышу лишь короткие гудки.
– Серьезно? – в шоке смотрю на телефон, понимая, что командир экипажа занес мой номер в черный список.
Если еще пару часов назад я испытывала чувство вины перед Мироном, то подобная реакция выводит меня из себя. Неужели это поведение взрослого мужчины?
Если он отреагировал подобным образом на то, что было заранее запланировано, то разве могу я просить у него одолжить мне такую крупную сумму денег?
Пока злюсь обзваниваю остальных знакомых, но ни у кого нет не то что такой суммы на руках, а в принципе нет сбережений. А те, у кого есть, не могут пожертвовать первым взносом по ипотеке ради чужой бабушки.
Тогда я понимаю, что просто должна достучаться до Мирона и объяснить безвыходность моей ситуации.
Я сажусь в машину и еду за город, на ту самую яхту, где мне был обещан романтический вечер. Но сначала я заезжаю домой, чтобы собрать кое-какие вещи для бабушки и отвезти в больницу.
За городом я оказываюсь уже сильно затемно.
Паркуюсь по указанному адресу и выхожу из машины.
Белоснежная яхта сверкает огнями, и с палубы льется музыка. Конечно, я понимаю, что Мир не хотел терять потраченные деньги, но кажется немного странным веселиться одному с подобным размахом.
Я поднимаюсь на палубу и иду в сторону кокпита, откуда доносятся звуки музыки. Но стоит мне дойти до зоны отдыха, как я замираю, ощущая, что все органы сковывает холодом.