Приглашаю в еще одну историю нашего прекрасного литмоба!
Попаданку вызывали, господин маг?
Лада Орфеева
https:// /shrt/NiEf
Воздух в «Логове Дракона» был другим. Тяжелым, насыщенным ароматами дорогой древесины, старинного пергамента и едва уловимой, но стойкой ноткой дыма — не того, что идет от камина, а того, что будто пропитал самые стены. Я шла за Каэленом по просторному, почти пустому залу. При дневном свете он, должно быть, выглядел впечатляюще: высокие сводчатые потолки, стены, украшенные гобеленами, массивная дубовая стойка. Сейчас же, в свете редких факелов, он казался огромным, темным и безмолвным, как пещера.
Мы прошли через зал в широкий арочный проем, ведущий на кухню. И вот это зрелище заставило меня замереть на пороге.
Кухня была огромной, больше всего моего кафе. Медные кастрюли и сковороды, поблескивая, висели на стенах, как доспехи армии. Массивная плита из темного камня занимала половину стены, а посередине стоял длинный дубовый стол, на котором царил творческий хаос: разложены овощи, пучки трав, стоит миска с каким-то темным мясом, уже замаринованным в вине и травах.
Каэлен подошел к столу, положил нож и снял фартук, вешая его на крюк. Его движения были плавными и точными, без единого лишнего жеста.
— Итак, — он повернулся ко мне, опершись о стол ладонями. — Вы хотели поговорить. Говорите. Пока мы готовим.
Его прямота снова застала меня врасплох. Я привыкла к светским играм, к торгам, к тому, что каждый скрывает свои истинные намерения. А он… он был пугающе откровенен.
— Вы сказали, что знаете мое имя, — начала я, осторожно подходя ближе. — Но я вам его не называла.
— Вы — Элинора Лейн, последняя из рода Лейнов, если не считать вашу кузину Изабеллу, — перечислил он, как будто зачитывая справку. — Унаследовали кафе «Золотой цыпленок» от дяди. Недавно пережили… тяжелое недомогание. И вот, чудесным образом оправившись, демонстрируете поразительные познания в кулинарии и ведении бизнеса, несвойственные знатной, но бедной девице, воспитанной в провинции.
Ледяная струйка страха пробежала по моей спине. Он знал. Он знал слишком много.
— Вы… следили за мной?
— Нет, — он покачал головой и взял нож, снова начав нарезать какие-то коренья быстрыми, точными движениями. — Я изучаю. Всех, кто находится в зоне моих интересов. Ваше пробуждение и последующая… трансформация… попали в эту зону. Это неестественно. А все неестественное требует объяснения.
— Может, мне просто надоело быть бедной и несчастной? — парировала я, скрестив руки на груди.
Он коротко усмехнулся. Звук был низким и приятным, но без тепла.