Не имел я ни малейшего тактического права сейчас просто ломануться вперёд напролом и устроить весёлую кровавую мясорубку в тесном пространстве тоннеля. Слишком много уставших своих за спиной и мало места для манёвра. И слишком велик шанс угробить весь отряд из-за одной решительной и, как обычно водится в подобных случаях, совершенно идиотской лобовой атаки.
Я поднял руку, показал Неуну два пальца, затем плавно указал на грязный пол и медленно, с усилием сжал кулак, требуя остановиться и ждать. Принц антов в ответ едва заметно наклонил свою массивную голову. Понял. Или, по крайней мере, убедительно сделал вид, что принял команду. С этим бронированным насекомым иногда было дьявольски трудно отличить эмоциональные реакции, поскольку хитиновая мимика по уровню дружелюбной выразительности не превосходила глухую кирпичную кладку в старой цвергской стене.
Затем я плавно обернулся к Молдре. Коротким рубленым жестом я указал пальцем на собственное горло, а затем поднёс воображаемую трубку к лицу, имитируя духовое ружьё. Тёмная эльфийка молча сместила центр тяжести и чуть изменила хват на древке копья. Этого микроскопического движения оказалось вполне достаточно для подтверждения. Если подземный пастух дунгак потянется к своему духовому оружию или попытается сунуть в рот сигнальный свисток, этот день станет для него последним.
Ги перехватил мой направленный на него взгляд и судорожно затряс лопоухой головой ещё до того, как я успел сложить пальцы в очередной командный жест.
— Ги ни за что не пойдёт первым, хозяин… — выдохнул гоблин почти неслышно.
В этой отчаянной фразе прозвучало столько искренней, глубоко выстраданной убеждённости в собственной правоте, что я невольно оценил масштаб его паники.
— Ги очень полезный сзади. Максимально полезный. Сзади спине спокойнее и ушам лучше слышно. Ги прикроет из лука…
— Раз сзади, значит, будешь внимательно слушать, — прошептал я прямо в его дрожащее ухо, чувствуя кислый запах гоблинского пота. — Если услышишь второй свисток, характерный звук трубки или чужие шаги, немедленно даёшь мне знать. Только давай договоримся, чтобы без пронзительного визга, дурацких героических прыжков в сторону и без попыток спасти свою ценную задницу.
Проводник судорожно закивал.
— Ги всё понял, хозяин, — заверил он, часто моргая. — Ги будет тихий и незаметный, как высохший мёртвый гриб.
— Вот именно мёртвым тебе становиться пока не надо, — едва слышно пробормотал я, отстраняясь от него. — На сегодня мне уже вполне достаточно сомнительных мёртвых перспектив.
Я убрал руку от стены, подал знак остальным, и мы медленно двинулись вперёд во мрак.