«Я тоже не могу, — подумала я, открывая глаза и глядя в серое небо. — Я тоже. Очень. Не. Могу».
И пошла к машине, чувствуя, как тяжело ступают ноги и как звенит в ушах от ветра. Как внутри, в том месте, где только что что-то щёлкнуло, теперь пульсирует тихий, настойчивый страх. Страх того, что я всё-таки наберу этот номер. Однажды, когда Саша опять уйдёт, мама опять начнёт, и Лиза опять спросит, я точно наберу этот номер, ища глотка воздуха и тогда уже не будет пути назад.
Доброго времени суток, мои любимые читатели!
Эта книга родилась из одного образа: женщина сидит на кухне, смотрит на телефон и не знает, ответить ли на сообщение мужа или мамы. И я подумала — сколько же их сейчас таких? Стоят на распутье, выдохшиеся, разорванные между «надо терпеть» и «я больше не могу». Я не хотела писать чёрно-белую историю, где есть злодей и герой. Здесь нет плохих. Есть уставшие. Есть любящие, но не умеющие показать. Есть те, кто выбирает море, и те, кто выбирает берег. И одна маленькая девочка, которая верит сильнее всех.
Спасибо, что вы со мной. Спасибо, что даёте этим героям жить дальше. Верьте, как Лиза. Ждите, как Александр. И не переставайте чувствовать, даже когда больно.
История пишется в рамках литмоба "Половинка одной целой" — https://litnet.com/shrt/BfqX
Ваша Диана Эванс)))
Флешбэк. Месяц до развода. Кофейня «Порт»
Олег сел напротив, положив руки на стол. Я заметила часы. Они были массивные, с хромированным ободком, циферблат блеснул под лампой как кошачий глаз. Джинсы сидят идеально, не новые, но дорогие, подогнанные по фигуре. От него пахло кожей и чем-то древесным, возможно, туалетной водой. Он улыбался той улыбкой, которая говорит: «Мне ничего не надо доказывать. Я уже всё доказал».
— Вы извините, — повторил он, и улыбка стала шире, но глаза остались холодными и слегка оценивающими. — Я человек прямой. Не люблю ходить вокруг да около. Ирина сказала, что вы одна. Я сказа, что мне от этого грустно. Потому что женщина должна быть с мужчиной.
— У меня есть мужчина, — ответила я, чувствуя, как вибрируют пальцы, сжимающие край стола. Сказала и тут же подумала: «А где он? Действительно. Где? За три тысячи миль отсюда, в рубке, где качка и солёный пот заливает глаза».
— В море, — кивнул Олег, словно читая мои мысли. — Я слышал. Капитан? Механик?
— Старпом.
— Старший помощник. Ответственный человек. — Он взял мою чашку с остывшим чаем, подвинул к себе, посмотрел на след от губной помады на ободке. — Но его нет. А мне вот интересно: что вы за человек? Почему грустные глаза? Почему Ирка сказала, что вы плакали вчера?