И Мари.
Девочка вжималась в узорчатые обои, пытаясь слиться с рисунком. Тонкие пальцы намертво вцепились в измятую шаль, в расширенных глазах плескался парализующий ужас.
Купец взмахнул пухлой ручищей, и цыгане ударили по струнам еще яростнее. Один из мордоворотов, подпиравших двери, шагнул вперед, выдернул из шеренги студента и швырнул в центр круга. Самодур рявкнул и приказал плясать, но парень не двинулся с места, так и застыл, трясясь от унижения. Только кто б ему позволил портить веселье — вышибала тут же схватил жертву за плечи, а второй подручный запрокинул ему голову и принялся вливать в рот водку прямо из горла бутылки. Под всеобщий лошадиный гогот студент захлебнулся и закашлялся, оседая на залитый вином паркет.
Весь этот чинный, благородный отдых стерегли двое громил у выхода, габаритами напоминающих ломовых извозчиков. Купленная с потрохами прислуга послушно сновала туда-сюда, не собираясь ради спасения посторонних и пальцем не пошевелить. Возмущался и негодовал один разъяренный зверь, беснующийся на цепи.
Городовых звать было бессмысленно: у подобных хозяев жизни полиция прикормлена щедро и на годы вперед.
Спица рядом сорвано выдохнул, скрипнув зубами. Пальцы Кота до белизны впились в обледенелый подоконник. Парни напряглись, ожидая приказа.
Я бесшумно спрыгнул в снег.
«Чисто Зимний дворец за пять минут до штурма, — мелькнула едкая мысль. — Жаль, броневик в сугробе не припаркован и матросики с пулеметными лентами за углом не курят. Пары–тройки декретов этому борову сейчас бы хватило для полного просветления. Глядишь, и медведь бы заговорил…»
— Кот, глянь туда. — Я мотнул подбородком на тяжелую, окованную железом жердь, сиротливо привалившуюся к стене сарая. — Тащи ее к парадному крыльцу.
— На кой она нам, Сень? — Парень недоуменно повел плечом, поправляя кепку.
— Надо, — буркнул я. — Когда из этой клоаки уходить будем, за нами табун понесется. А мы двери снаружи этой палкой подопрем. Пускай внутри попотеют, прежде чем на мороз выскочат.
Кот коротко кивнул. Подхватил жердь — аж жилы на шее вздулись — и, пригибаясь, перетащил ее ко входу. Спица в это время нервно оглядывался, переминаясь с ноги на ногу.
Я обвел парней тяжелым взглядом, проверяя их настрой.
— Шпалеры при себе? — негромко спросил я.
Пацаны коротко, синхронно кивнули, похлопав по бортам пальто. Железо было на месте.
— Слушать приказ. — Я понизил голос. — Стволы держать наготове, каждого встречного ловить на мушку. Но без нужды не палить. Лишних дырок не вертеть, пока я не дам отмашку. Вхожу я, делаю все я. Вы — на подхвате, страхуете спину и углы. Лишнего геройства мне не надо, работаем чисто.