— Некротический вирус, — медленно повторил Император. — Если то, что вы рассказали, правда, то угроза действительно касается всех нас. — Он выдержал паузу, посмотрел на Преображенского, который нервно переминался с ноги на ногу. — Вы можете гарантировать, что эссенция работает? Что она спасёт заражённых?
Преображенский, услышав прямое обращение, вздрогнул, прочистил горло и ответил на ломаном китайском:
— Ваше Величество, я лично испытал эссенцию на себе. Она восстановила мои потерянные ноги, залечила раны, которые не заживали годами. Механизм действия основан на активации доминанты Регенерации в теле пациента, и заставляет организм восстанавливаться с невероятной скоростью. Теоретически, эссенция должна подавить некротическую заразу, уничтожить поражённые клетки и восстановить здоровые. Но я не могу гарантировать стопроцентную эффективность, пока не проведу полноценные испытания на заражённых.
Император кивнул, принимая объяснение, поднялся с кресла… и внезапно поклонился в пояс. Глубокий, почтительный поклон, выражающий благодарность и уважение. Все генералы, видя действия Императора, последовали его примеру, встали и склонились в едином порыве.
— Михаил Константинович Архаров, — произнёс Император, выпрямляясь. — Я тоже знаю, кто вы такой. Китайская Империя с радостью предоставит все необходимые производственные мощности и лаборатории для создания регенерационной эссенции. Профессор Преображенский получит полный доступ ко всем нашим ресурсам, а также дипломатическую неприкосновенность. Мы поможем в борьбе с общим врагом.
Я спрыгнул со стола и протянул руку для рукопожатия. Император растерянно уставился на меня, но спустя секунду официально холодно улыбнулся и пожал руку, скрепляя договорённость.
— Рад, что мы пришли к взаимопониманию, и прошу простить за то, что был груб. Я бы с радостью дождался официального приёма, но время поджимает. Сами понимаете, — улыбнулся я.
— Разумеется. Мы забудем вашу грубость, будто её и не было, — ответил Император, но я заметил злобный прищур в уголках глаз, говорящий о том, что обида не забыта, да и чёрт с ним.
Я повернулся к Преображенскому и подмигнул ему:
— Ну что, профессор, запускайте производство как можно скорее. Времени у нас с гулькин член.
Преображенский выпрямился, его глаза загорелись азартом учёного, получившего доступ к неограниченным ресурсам:
— Приступлю немедленно, Михаил Константинович. Покажите мне лаборатории, и через три дня я запущу первую партию производства.
— Через три часа вы хотели сказать? — спросил я, строго посмотрев на него.