Мимики умирали слишком стремительно, но через созданную мною брешь выбежала пара наших копий. Мимо рванул направо, а мы с Огнёвым побежали налево. Загрохотала автоматная очередь, высекая искры из каменных стен. Я толкнул старшину вперёд, а сам прикрыл его собственной спиной. Жалкие пульки не смогут мне навре…
Резкая боль разорвала спину, а после и грудь. Я мазнул рукой по чёрной кирасе и увидел на ладони яркий след крови.
— Падла… — прохрипел я и, не глядя, запустил серп ветра, попав точно в цель.
Стрельба прекратилась, я свернул за угол, прямо туда, где за мусорным баком скрывался телепортационный круг. Вы, должно быть, думаете «На кой-чёрт нужно было бежать через весь город до этого круга, если можно было создать новый?». Увы, пространственную магию блокируют артефактные подавители, и можно воспользоваться только уже существующим кругом.
Пинком я отбросил мусорный контейнер в сторону и приложил ладонь к начертанным рунам. Свободной рукой схватил Огнёва за предплечье и влил оставшуюся ману в символы, надеясь на то, что мощности хватит, чтобы вытащить нас из этого пекла.
Оглушительный хлопок ударил по ушам, перед глазами потемнело, а через мгновение, шумно дыша, мы вывалились в Калининграде. Кровь хлынула из моего носа, сознание поплыло.
— Знаешь, Михаил Константинович, — сказал Огнёв, и из его лёгких вырвался свист. — В следующий раз, когда ты решишь погулять на балу, меня не зови. Я точно откажусь.
— Хе-хе. Понимаю. Пожалуй, хватит с меня балов. Они все заканчиваются весьма паршиво, — рассмеялся я и перекатился на бок.
Сердце тут же кольнуло. Над Калининградом поднимался чёрный дым. Будто войска Императора уже побывали тут и уничтожили всё, до чего могли дотянуться. Воздух был пропитан гарью и ароматом крови.
— Какого чёрта? — прошептал я, пытаясь подняться.
Часом ранее.
Вильгельм фон Вольф, восседая на волке из живого ветра, стремительно нёсся к стенам Калининграда. Его единственный глаз сиял, словно ледяной кристалл, а на тонких губах плясала хищная улыбка.
— Ich rieche ihn… — прошипел он, вдыхая аромат ещё не пролитой крови. — Архаров. Сегодня ты сдохнешь.
Волки Вильгельма зарычали и рванули вперёд. Ледяной зверь первым врезался в городскую стену, и всё вокруг мгновенно покрылось инеем, будто вечная мерзлота заглянула на огонёк в Калининград. Второй волк, пламенный, последовал за ним и врезался в стену на пару сантиметров правее, так что от перепада температур образовался широкий пролом, в который легко проскочили все четыре зверя вместе со своим всадником.