Его нежная волчица, Или аконит для босса — Мария Токарева

— Я просто сделала то, что должна была. То, что могла!

— Нет. — Игорь взял ее лицо в ладони, приближая к своему. — Ты сделала то, что не мог сделать никто. Ты — маг. Ты — сила природы. Ты — моя истинная.

— Игорь… — выдохнула Полина, не зная, что еще сказать. Ее затопляла невообразимая нежность, сметающая все слова и объяснения.

— Когда ты впала в транс, я испугался, что потеряю тебя, — перебил Игорь, и голос его дрогнул.

— Да… меня обещал сам Змей съесть! Но… Велес защитил.

— Вот как! Да, он всех нас защищает. — Игорь улыбнулся. — Ты сильная. Самая сильная из всех, кого я знаю. Сначала я думал, что в тебе нет дара, а ты оказалась одним из самых сильных оборотней. Ты понимаешь, что ты наравне с Жанной?

— Да. Нет… Да… я… Я должна обдумать это. Осознать.

— Осознаешь. И все-таки… я очень боялся тебя потерять.

Игорь замолчал, нервно сглатывая. Полина видела, как дрогнули его пальцы на ее щеках. Игорь Волков-Борейский, альфа, бесстрашный воин, глава клана — дрожал. Как обычный человек, который боится потерять то, что дорого.

— Но я не хочу тебя больше контролировать, — сказал он тихо. — Не хочу запирать. Не хочу приказывать. Я хочу… быть рядом. Просто быть.

Полина молчала. Слова не шли — только слезы, вдруг наполнившие глаза, горячие и соленые.

— Ты плачешь? — спросил Игорь растерянно. — Я что-то не так сказал?

— Дурак, — выдохнула она сквозь слезы. — Какой же ты дурак.

— Почему?

— Потому что я ждала этих слов. Все это время ждала.

Он не ответил. Просто прижался губами к ее мокрой щеке. Игорь целовал ее лицо — глаза, нос, щеки, подбородок, — собирая каждую соленую каплю. Медленно. Благоговейно. Так, будто вся она — Полина или Флора — была святыней.

— Я люблю тебя, — сказал Игорь. — Люблю. Всю тебя! Твою силу, твою слабость, твою дурость, твою смелость. Люблю, как ты пахнешь. Как смотришь. Как рычишь, когда злишься. Как таешь, когда я тебя касаюсь. Люблю твои цветы и твое мыло, и то, как ты разговариваешь с орхидеями и розами.

— Игорь…

— Дай сказать. — Он прижал палец к ее губам. — Я никогда никого не любил. Думал, это не для меня. Думал, альфам не нужна любовь, нужна только власть, только контроль, только безопасность. Но ты… ты просто пришла и сломала все мои «ледяные стены». Когда я понял, что люблю тебя, то испугался, что ты станешь моей слабостью, моим уязвимым местом. Но теперь я понимаю, что ты не моя слабость. Ты — моя сила.

Полина смотрела на него и не узнавала. Этот мужчина, который еще в марте назад цинично предложил ей фиктивный брак, который хотел после свадьбы запереть ее сначала в пентхауса, а потом в особняке, — этот мужчина сейчас смотрел на нее так, будто она была центром вселенной. Будто без нее не мог дышать.