— А по дороге, парень? По дороге — что⁈ Ты сам сказал, оно во мне сидит. А если по дороге проснётся? Ночью, в лесу, у костра, когда ты заснёшь? Я тебя загрызу, или ты меня зарежешь, неважно. И что тогда?
Я молчал.
Если Фома говорит о подобном, то дело плохо — он чувствует.
Молодая тварь сидит тихо, пока хозяин её не опасен. А я сейчас потащу его в место, которое для неё — смерть. На втором дне пути она почует. Может, на третьем. И что мне с этим Фомой делать в лесу? Связать? Что мешает генералу вскрыть Фоме глотку, дотянуться до своих же семян и исчезнуть?
Чёрт.
— Есть другой вариант, — тихо сказал Фома. — Убей меня здесь. Сейчас. В этой комнате. Она умрёт вместе со мной. Прошу…
Я посмотрел на него.
— Тихо убей меня, а? Сразу! — Он всхлипнул. Плечи опустились. — У тебя вон нож есть. Я согласен. Только убедись, что Агнессу никто не тронет, что она выздоровеет! Найди моих сыновей и скажи, что отец помер от хвори. Они её довезут до лекаря. Денег у них хватит.
Он смотрел мне в глаза без страха — просто ждал ответа.
В этот момент меня скрутило.
Картинка пришла без приглашения — та охота за Альфой Огня. Афина умирает в крови, Радонеж только что разорвал во мне всё человеческое, и я в форме Химеры пошёл рвать своих. Я вспомнил, как Карц жался к стене. Как вся стая смотрела на меня снизу вверх без страха.
Они были верны мне и готовы встретить до самого конца.
Точно с такой же готовностью сейчас Фома сидел на полу и просил его убить.
Моя стая могла сбежать и спастись, но не сделала этого. Они сдерживали меня до самого конца, а потом Режиссёр выжег во мне тьму.
Афина в тот день закрыла меня собой и чуть не погибла.
Я смотрел на Фому.
А ведь во мне тогда тоже сидела тварь. И тоже жрала тех, кто рядом — только не за месяц, как этот человек, а за секунды. И вроде то был не я. Но вроде как ты стал Зверомором и носил его в себе, а значит — виноват.
Моя стая не выбрала простой выход.
Чёрт.
Я не могу зарезать. Не могу везти его. И не могу оставить.
Альфа Огня молчал и не вмешивался.
Твой выбор, Макс.
Я сел напротив Фомы на табурет. Долго смотрел на него, потом сказал:
— Подожди. Дай мне час подумать.
Фома закрыл глаза и привалился затылком к стене.
— Подожду. Мне всё равно теперь некуда идти.
Я вышел из номера, не оборачиваясь.
За дверью остался мужик с ножом, который дал мне час и мог этот час не выдержать. Что ж, если выдержит — поговорим. Ну а если нет — открою дверь и увижу мёртвое тело.
Тут уж придётся рискнуть.
Внизу храпел хозяин, уронив голову на скрещённые руки — из-под его локтя торчала кружка с недопитым элем. Третья ступенька снизу скрипнула под сапогом, я перешагнул её и тихо спустился.