— Так поели бы сами, чего меня ждать? — ответил я.
— Мы и поели. Потом снова разогрели, а тебя всё нет.
Отец с генералом как-то странно переглядывались — словно заговорщики.
Или это у меня нервы шалят?
Да нет. Вон какие хитрые ухмылки на лицах.
— Что случилось? — спросил я. — Говорите прямо.
Они снова переглянулись.
— Сейчас покажем, или пусть сперва поест? — спросил генерал.
— Можно и сейчас, — согласился отец. — Вдруг сразу захочет опробовать? А уж потом обмоем, как положено.
Я смотрел на них и прикидывал — как бы потактичнее сказать, что эти мальчишеские игры мне надоели?
— Ладно, покажем сейчас, — кивнул генерал и спустился с крыльца. — Иди сюда, Андрей Иваныч!
Я, хмурясь, подошёл к нему.
За углом дома, под навесом, где раньше ютился мотоцикл Жмыхина, стоял странный автомобиль.
Двухдверный, светло-песчаного цвета, с брезентовым верхом, он был отдалённо похож на «Уазик», только намного меньше размерами. Абсолютно прямой капот формой напоминал большой чемодан. На маленьких колёсах был виден чуть ли не тракторный протектор.
— Что это? — спросил я.
— Твой служебный транспорт, Андрей Иваныч, — ответил генерал. — Достал, как обещал.
Я обошёл вокруг машины. Несмотря на несуразный вид и скромные размеры, в ней чувствовалась основательность, как в неказистой, но сильной крестьянской лошади.
Такой автомобиль не помчит тебя с шиком по городской улице. Не побалует мягкими креслами, музыкой и кондиционером. Там, где другие машины полетят, со свистом рассекая воздух и урча мощными моторами, он будет плестись и ковылять.
Но зато провезёт по любой грязи, вытащит из самого глубокого сугроба. В его укрытый грубым брезентом кузов поместятся, лыжи, ружья и охотничьи собаки.
И даже если это чудо техники застрянет в какой-нибудь особенно вязкой луже — благодаря небольшому весу трое мужиков с матерком поставят её на твёрдую почву голыми руками.
— Да ты, Андрей Иванович, за руль сядь! — сказал мне генерал. — Не стесняйся!
Он протянул мне плоский медный ключ, к которому обыкновенной канцелярской скрепкой был прицеплен круглый брелок с изображением «Жигулей».
Видно прежний хозяин втайне мечтал о другой машине, но был вынужден довольствоваться этой. Или пересел на неказистый вездеход с более престижной, «копейки», но брелок сохранил на память.
Я уселся на жёсткое сиденье. Главной особенностью этого автомобиля было полное отсутствие удобств. Жёсткий пластик «торпеды», отсутствие регулировок сиденья. Мне с длинными ногами пришлось подтянуть колени едва ли не к ушам, чтобы поместиться за руль.
Даже форточек в окнах не было. Ну, мне-то что — я некурящий.