— Не скажите, барышня. — Доктор подошел к кровати и присел с краю. — Давайте посмотрим на ваше «в порядке». Полежите смирно.
У меня глаза округлились, когда мужчина занес ладони над моей головой. Пространство вокруг его рук будто бы посветлело, а меня коснулось что-то ласковое, доброе и теплой волной прошлось по телу. Сразу сил прибавилось, появилось непреодолимое желание подскочить с места, заняться каким-нибудь делом. Только просьба «полежать смирно» удерживала на месте.
— Действительно, физические показатели в норме, — подтвердил Эдуард Францевич. — Сейчас только кровь посмотрим, очистилась ли, а то дымом так надышалась, думал, не откачаем. — Мужчина коснулся жилки на моем запястье и замер, с минуту слушая пульс. — Чисто! Вот и славно! — посмотрел на меня хитрым прищуром глаз.
Он не побрезговал взять меня за руку, и это приятно удивило. А вот то, что последовало за этим, напугало немного. Я вдруг отчетливо увидела, чем доктор занимался перед обходом. У него состоялась беседа с человеком в военной униформе, который прибыл в сопровождении еще двух сотрудников. Невольно ощутила неприязнь, которую вызвал столь ранний визит у Эдуарда Францевича. Причем, неприязнь профессиональную, означающую, что эти посетители готовы на крайние меры, лишь бы добиться результата.
— К вам тут из Следственного комитета пожаловали, — предупредил Эдуард Францевич. — Я рекомендовал дать вам пару дней полного покоя и постельного режима, но дело уж больно важное.
— Доктор! — Я вцепилась в рукав его больничного халата. — Но я ничего не помню! Абсолютно! Чистый лист. Что я им скажу?
— Правду, Анастасия Трофимовна, — Эдуард Францевич участливо похлопал по моей похолодевшей ладошке и вежливо отстранился. — Исключительно правду! Зиночка, — обратился к молчаливой помощнице, — пожалуйста, сообщите, как Их превосходительство закончит беседу.
— А лечение? Особые распоряжения будут? — уточнила женщина красивым грудным голосом.
— Позже назначим. Посмотрим, что маг скажет. — С этими словами мужчина поднялся и вышел из палаты.
Дверь не успела закрыться, как на пороге показались те самые личности из странного видения. Первый — седовласый мужчина в наглухо застегнутом черном мундире с двойным рядом пуговиц, воротник-стойку и обшлага которого украшало золотое шитье. Внешность у гостя запоминающаяся: пышные усы, шрам над левой бровью и внимательный взгляд глубоко посаженных глаз. Добродушная улыбка ничуть не обманула в том, что настроен он решительно. Его спутники деловито рассредоточились по комнате. Один устроился в изголовье за спинкой кровати. Второй — занял место у двери и зашторил смотровое окошко.