— Еще пива? — спросил я.
— Давай!
Я поставил перед ним свой нетронутый бокал, и Виктор надолго к нему присосался. Еле-еле успел отобрать, потому что боялся: сейчас назюзюкается и ни на один вопрос не ответит.
— Слушай, а ты знаешь, как меня полностью зовут? И кто научил меня этой диагностике? — сказал я Виктору. — Меня зовут Сергей Николаевич Епиходов. А научил меня диагностике, представь, покойный академик Сергей Николаевич Епиходов. Хотя ты, наверное, даже не слышал об этом человеке.
В этот момент я незаметно включил диктофон на телефоне.
— Так ты, говоришь, никогда не слышал о Епиходове, академике? А это ведь был великий человек, — подлил я масла в огонь.
— Как это не слышал? — пьяно забахвалился Виктор. — Он ко мне сам приходил! Нотариально заверять завещание! Понял?
У меня сердце екнуло, потому что я знал точно, что никогда к нему не приходил.
— Понял, — сказал я. — Кстати, я знаю этот прикол, мне Иришка Епиходова все рассказала, как вы лихо там все провернули.
— О, ты Иришку знаешь? Откуда?
— Ну, здрасьте, — протянул я. — Я же бывал у них дома.
— А, да, ты же епиходовский ученик, понял. А мне она одноклассница, прикинь?
— Ничего себе! — делано удивился я. — Мир тесен!
— Ага… — Он пьяно хихикнул и подвигал бровями. — Я бы с ней это… Ну, ты понял, да? Иришка же она такая, огонь, да?
— Ну ты, Витя, красавец, — поцокал я языком, — такую женщину охмурил!
— Да если бы… — взгрустнул он. — Динамит со школы меня.
— Да, актриса она хорошая, — попробовал я перевести тему на прежние рельсы.
— О да, она такая, актрисулька, — захихикал Виктор. — Но, честно говоря, на меня ее заигрывания больше не действуют, так что ей пришлось раскошелиться.
— Ну конечно, такое должно стоить огромных денег, — поддержал я его.
— Ну да. А кому присунуть я и без Иришки найду. Короче, по итогу она нехило заплатила, поэтому я и помог. То, что она привела того ряженого… Мне-то что? Я только все подписал и заверил. Так что Иришка получила себе две квартиры, дом и все депозиты Епиходова. А его детишки остались с носом.
— Тебе их не жаль? — спросил я, еле сдерживая раздражение.
— Великовозрастные балбесы, мажоры, — презрительно сказал Виктор. — Туда им и дорога! Пусть на завод работать идут.
Я в душе чуть не выматерился. «А ты сам какой? — подумал я. — Разве не такой же мажор? Стал бы ты нотариусом такого уровня, если бы не родители?»
Но вслух только спросил:
— А что за ряженый-то хоть был?
— Нашли там алкаша, — промычал Виктор. — Бывший актер, сейчас спился. Обещал Михайленко, что его обратно в провинцию отвезут и он мешать не будет.