Капитан Шин оценил способности Мингю к соображению. Он быстро выворачивался из загнанных ситуаций, ставил в тупик и, может быть, этим пришёлся по вкусу его дочери. Она всегда любила умных молодых людей, потому что сама была не дурой, и не посмотрела бы даже на туго соображающего человека, если бы таковой за ней ухаживал. И тогда назрел вопрос — почему такой на вид умный человек совершал такие глупые поступки — гонял на автомобиле, который сейчас не подлежал восстановлению, по улицам Сеула, отрывался от полиции и получал от этого адское удовольствие?
— Можем и пофилософствовать, если хочешь, но мне бы хотелось поговорить о своей дочери. — Чон навострил уши, всё же понимая, что речь будет о Даяне, но сделал всё это настолько незаметно, будто его абсолютно не напрягали эти вопросы, эти слова, в конце концов этот мужчина. — Мальчик, — всё же не сдержался, выругался, выдохнул, — откуда ты знаешь Шин Чихо?
Шин Чихо . Оказывается, девушку, профессионально вертящуюся на шесте звали именно так. Имя обычное, ничем не примечательное, а вот его обладательница совершенно другая — яркая, для него красивая. Она талантливо скрывала всё и от всех: от отца, от Мингю, но парень знал — любила искренне, до безумия, до крови на губах при произношении его имени. Ложь губит, убивает, всё тайное рано или поздно становится явным, и эта самая тайна резко раскрылась. Магия псевдонима «Дрянная Даяна», показывающая раскованную, уверенную в себе женщину, исчезла. Осталось только имя, такое же нежное и немного странноватое, как и она сама, — Шин Чихо.
— Я знаю только Даяну. — Мингю улыбнулся, вспоминая вкус её губ, бархат кожи и аромат тела, которым хотелось заполнить дыхательные пути. Эта девушка — источник его жизни, вода, необходимая его организму, в особенности сейчас, когда грудь не хотела вздыматься, а аппаратура пикала, потому что повысился сердечный ритм. — Дрянную Даяну, — для надёжности уточнил, а то столько «Даян» может разгуливать по Сеулу, что не разберёшь, где настоящая.
В тот самый момент мужчины осознали, что знали одного и того же человека, только с разными масками. Заботливая дочь была в лице умелой соблазнительницы. Прячущая мысли девушка могла быть абсолютно свободной и независимой с другим человеком. Не играла, нет. Просто знала, как себя показать, чтобы заинтересовать. И она ведь заинтересовывала: всех и каждого, кто смотрел на неё дольше пяти секунд, хотя это было проблематично.
— Ту Дрянную Даяну, которую ты знаешь, зовут Шин Чихо, и она моя дочь, — сказал капитан, поднимаясь со стула и подходя ближе к Мингю. — И я уверен, что ты знаешь о ней больше, чем я.