— Способности?
— Неподтверждённые слухи говорят о нечеловеческой скорости, силе, регенерации. — Марта помедлила. — Некоторые источники утверждают, что он убил голема голыми руками.
Ирма медленно покачала головой. Голем — боевой конструкт, способный уничтожить десяток вооружённых людей без особых усилий. И один человек справился с ним без оружия?
— Так же есть информация, что культ называл его «сосудом».
— Да.
Ирма снова подошла к окну, уперлась руками в холодный камень подоконника.
Сосуд. Слово из древних текстов, из времён, когда культ ещё не прятался в тени. Так последователи древнего зла называли тех, кого готовили для… слияния. Для принятия в себя частицы своего тёмного бога.
— Он осквернён, — произнесла Ирма. Не вопрос — утверждение.
— Вероятно, матушка. Но…
— Но?
Марта замялась. Редкое зрелище — эта женщина славилась своей невозмутимостью.
— Но почему он сбежал от культа? Осквернённые принимают тьму. Служат ей. Не бегут от неё.
Ирма долго молчала, обдумывая услышанное.
Храм Предвечного Света существовал тысячи лет — гораздо дольше, чем империя, гораздо дольше, чем любое из нынешних государств. И всё это время главной задачей Храма была борьба со злом —и не метафорическим злом человеческих грехов, оставим это проповедникам морали. А настоящим, древним, нечеловеческим злом, которое существовало в этом мире задолго до появления людей.
Последователи Глубинного были лишь одним из проявлений этого зла. Были и другие — культы, секты, тайные общества, поклонявшиеся вещам, о которых лучше не говорить вслух, искавшие знания, которым нет места в мире, взыскующие тайны, что лучше никому не разгадывать. Храм боролся с ними всеми, и побеждал — чаще всего. Но победы никогда не были окончательными. Зло возвращалось, снова и снова, в новых формах, под новыми масками. И теперь — новая угроза. Человек, отмеченный древним злом, но отказавшийся служить ему.
Угроза? Или возможность?
— Какой приказ передать Агате, матушка? — спросила Марта.
Ирма обернулась. Её глаза — холодные, серые, видевшие слишком много за десятилетия служения — встретились со взглядом младшей сестры.
— Продолжать преследование. Установить контакт, если возможно. Выяснить его намерения, его понимание ситуации, его отношение к нам и к культу.
— А если он все же выберет неправильно?
— Тогда — устранить. — Голос Ирмы не дрогнул. — Но только если абсолютно уверены. До этого момента — наблюдать, оценивать, докладывать. Я хочу знать всё об этом человеке, прежде чем принимать окончательное решение.
Марта поклонилась.
— Будет исполнено, матушка.