— И ты молчал об этом?
— Я надеялся, что смогу пробиться! — В голосе Веника прорезалась истеричная нотка. — Я пробовал разные методы, разные подходы, но… — Он снова сглотнул. — Направление я ещё определяю. Примерно. Юго-запад, может, запад. Но точный след — нет. Извините, сержант.
Ольге молчал, глядя на мага так, словно обдумывал, не прибить ли его прямо здесь, под этим бесполезным дубом, под этим бесконечным дождём. Потом отвернулся, выудил из-за пазухи фляжку, сделал долгий глоток. Дешёвое пойло обожгло горло, но хоть немного согрело.
— Сколько нас осталось? — спросил он, хотя прекрасно знал ответ.
— Одиннадцать боеспособных. Трое раненых. — Голос подал Рем, его заместитель, выросший словно из-под земли. Здоровенный детина с рябым лицом и руками, способными согнуть подкову, он выглядел почти так же задолбано, как и все остальные. — Припасов на три дня. Может, на четыре, если экономить. Стрел осталось — по дюжине на брата. Арбалетных болтов — вообще хрен.
— А он уходит в дикие земли.
— Уже ушёл, сержант. — Рем сплюнул на мокрую землю. — Мы пересекли границу ещё вчера. Видели ту скалу с выбитым знаком? Это старая имперская межа. За ней — никаких законов, никакой власти, никаких гарантий. Только лес, твари и смерть.
Ольге снова приложился к фляжке. Пустая. Когда успел допить?
Дикие земли. Территория, которую империя так и не смогла освоить за века своего существования. Леса, которые тянулись на сотни миль, становясь всё темнее и опаснее, чем дальше от обжитых краёв. Руины, рассыпанные там и тут, как кости давно умершего великана. И твари — создания, которых не встретишь в обычных лесах, хищники, выживающие среди таких же хищников. Здравый смысл говорил: поворачивай назад. Доложи графу, что охотник ушёл, что преследование невозможно без серьёзного подкрепления. Сохрани людей, вернись живым. Но был ещё приказ. И была репутация — его, Ольге, репутация человека, который никогда не бросал дела на полпути.
— Соберите людей, — сказал он наконец. — Через час выдвигаемся.
Рем и Веник переглянулись.
— Сержант… — начал было заместитель.
— Через час, я сказал. — Ольге убрал пустую фляжку. — У нас есть направление. Есть цель. И есть приказ его светлости, который никто не отменял. Этот урод думает, что если уйдёт достаточно далеко — мы отстанем. Он ошибается.
— А если не ошибается? — тихо спросил Веник. — Если он знает эти земли лучше нас? Если у него там… союзники? Убежище?
Сержант Ольге улыбнулся — впервые за много дней. Улыбка вышла недобрая, волчья, та самая, которую знали и боялись все, кто служил с ним достаточно долго.