— Вейлан…
Я схватила его за руку — остановила.
— Подожди.
Он обернулся резко.
— Они уходят. Одни. Я должен…
— Дать ему время, — перебила я мягко. — Орион, это то, зачем мы здесь. Он взрослый. Бог. Справится.
Золотые глаза метнулись обратно к переулку, где исчезли фигуры.
Затем ко мне.
Через узы я почувствовала — сопротивление, потребность защищать, контролировать.
Но также понимание.
Плечи опустились медленно.
— Хорошо, — выдохнул он. — Но если к рассвету не вернётся…
— Найдём его, — пообещала я. — Вместе.
Он кивнул.
Посмотрел на площадь — на людей, что начали танцевать снова под новую мелодию.
Затем на меня.
Молчание повисло неловкое, тяжёлое.
Мы стояли посреди празднующей толпы — одни, но окружённые сотнями людей.
Музыка играла. Огни мерцали. Луны поднимались выше.
Но между нами было… пусто.
Неловкость накрыла волной.
Что теперь?
Вернуться в гостиницу? Ждать там?
Но это означало бы остаться вдвоём в маленькой комнате.
Наедине.
После того, что он прошептал во время танца.
Я хочу тебя.
Слова эхом звучали в голове.
— Астра, — голос Ориона прорвался сквозь мысли. — Нам стоит…
Он осёкся, глядя куда-то за моё плечо.
Я обернулась.
К нам приближался мужчина — пожилой, в богатой одежде, с кубком вина в руке.
Остановился, поклонился.
Что-то сказал на местном языке — обращаясь к Ориону.
Орион нахмурился — не понимая.
Мужчина повторил, указал на меня, затем на себя.
Сделал приглашающий жест рукой.
Приглашал танцевать.
Орион напрягся мгновенно.
— Нет, — голос был жёстким.
Мужчина моргнул, не понимая всеобщего языка.
Повторил жест настойчивее.
Протянул руку мне.
Орион шагнул между нами — резко, закрывая меня собой.
— Я сказал нет, — повторил он, и в голосе прорвалось рычание.
Мужчина отступил на шаг, поднял руки примирительно.
Пробормотал что-то, поклонился и ушёл быстро.
Орион не двинулся.
Стоял, загораживая меня, спина напряжена, руки сжаты в кулаки.
Дышал тяжело.
— Орион, — я коснулась его спины. — Всё хорошо. Он просто хотел…
— Знаю, чего он хотел, — он обернулся, и в золотых глазах пылал огонь. — Танцевать с тобой. Прикоснуться. Видеть тебя так, как…
Он не закончил.
Провёл рукой по лицу.
— Мне нужно… нам нужно уйти отсюда. Сейчас.
— Куда?
— В гостиницу. Или куда угодно. Просто… — он посмотрел на толпу, на мужчин, что оглядывались на меня, — подальше от них.
Он схватил мою руку — крепко, почти больно.
Потянул через толпу, к выходу с площади.
Я не сопротивлялась.
Позволила ему вести.
Мы шли быстро по узким улочкам, что становились темнее, тише с каждым поворотом.
Прочь от музыки, от огней, от людей.
Его рука держала мою крепко — пальцы сплетены, не отпуская.