Я выглядела как существо из другого времени. Из эпохи, когда боги ходили среди людей. Экзотичная. Мистическая. Опасная.
И абсолютно чужая.
Астра Вега исчезла. Осталась только Первая — образ того, чем мой род был в начале времён.
— Совершенство, — выдохнул художник. — Господин будет в восторге.
Ювелир подошёл с ларцом украшений. Надел на запястья широкие золотые браслеты — тяжёлые, с гравировкой. Полностью прикрыли кожаный браслет, что скрывал руны.
На шею — массивное ожерелье из золотых монет, амулетов. На пальцы — кольца. В уши — длинные серьги из цепочек.
— Теперь всё, — ювелир отступил. — Настоящая Первая Вега.
Дверь открылась. Старшая служанка вошла. Остановилась на пороге, глядя на меня. Глаза расширились на секунду.
— Впечатляюще, — произнесла ровно. — Господин велел передать: через час начало представления. До того времени она остаётся здесь. Накормить. Дать воды.
Повернулась к мастерам:
— Ваша работа завершена. Идёмте.
Мастера собрали инструменты, кейсы — быстро, молча. Выходили один за другим. Ни один не посмотрел напоследок.
Служанка задержалась у двери:
— Еда будет через полчаса. Не пытайся сбежать. Окна заперты. Дверь охраняется. Любая попытка — девочка заплатит.
Вышла. Замок щёлкнул снаружи.
Я осталась одна в комнате, полной зеркал.
Прошлась осторожно. Юбка шуршала. Браслеты звенели.
Подошла к окну. Посмотрела на сад внизу — слуги готовили, расставляли столы, украшали гирляндами.
Руны под золотыми браслетами пульсировали теплом. Не моим. Его.
Через узы я чувствовала Ориона — смутно, но явственно. Близко. Он двигался к особняку.
Скоро.
Чудовищная ирония судьбы.
Последняя настоящая Вега. Одетая как древняя богиня моего рода. Готовая играть роль в спектакле о том, как мой род предал галактику и был уничтожен.
Я буду стоять на сцене перед сотней гостей. Говорить слова, что опорочат память тех, кто отдал жизни за мир.
А они будут аплодировать.
Потому что не знают.
Никто не знает, что перед ними — настоящая Вега. Последняя. Та самая, за чью голову Терион обещал исполнить любое желание.
Я посмотрела на своё отражение в окне.
Золотое существо смотрело в ответ.
Усмехнулась — горько, без радости.
— Хорошая маскировка, — прошептала я. — Лучшая из возможных. Прячешься на виду. В самом центре внимания. Где никто не ищет.
Служанка вернулась через полчаса с подносом — лёгкая еда, фрукты, вода.
— Ешь, — приказала. — Немного. Чтобы не упасть в обморок на сцене.
Я ела медленно. Желудок сжимался, но я заставляла себя глотать. Нужны силы.