Амена всплеснула руками:
— Но это же… Фу!
— Мне это тоже не нравится, — заверил я.
— Но помимо этого Перигелий утверждает, что ему нужно время для ремонта двигателей, и тогда мы сможем начать поиски, а пока что стоит подготовиться и составить план. — Ратти быстро хлопнул в ладоши. — Так теперь ты выйдешь из ванной?
— Да. — Я слез с туалетного шкафчика и натянул куртку на дурацкую толстовку ГИКа. — Потому что ГИК врет.
Свет снова моргнул, на сей раз без сарказма.
Я вышел в медотсек. Дисплей с видео из командного отсека по-прежнему работал — Арада сидела в кресле за пультом, а Тиаго стоял рядом. Они проверяли данные двигателей во время прохода с помощью инопланетной технологии через кротовую нору. И время от времени в ужасе охали.
Оверс переместилась в медотсек и в стерильной зоне работала с извлеченным из Элетры имплантом. Рассматривала его через визуализатор. Перед ней парили увеличенные результаты сканирования разных частей импланта, сменяя друг друга. Элетра сидела на каталке рядом с Оверс, с сомнением глядя на ее действия.
Оверс вышла из сети и вопросительно оглядела всех нас.
— Ну что, все готовы поговорить?
— Не совсем, — взволнованно отозвался Ратти. И это было нечестно.
— Арада, — сказал я, — корабль пришел в эту систему не в ответ на сигнал бедствия.
Тиаго повернулся и с подозрением покосился на меня. Арада откинулась на спинку кресла. Кто-то принес ей аптечку и подлечил ожог на щеке.
— Автостраж, думаю, мы пришли с Перигелием к соглашению. И если нам не угрожает опасность, ты уверен, что так уж необходимо… с ним ругаться?
— Совершенно уверен.
Ратти взмахнул руками и плюхнулся рядом с Оверс.
— Автостраж, откуда ты узнал, что сигнала бедствия не было? — спросила Оверс с таким видом, будто говорила всем: дескать, давайте поскорей с этим покончим.
— Это исследовательский и учебный корабль. Каюты студентов и классы явно не использовались, а лабораторный модуль не подключен, зато прикреплен грузовой модуль. Так чем же занимался корабль, когда получил сигнал бедствия?
Все люди посмотрели в потолок.
«Таково твое представление о помощи, да?» — сказал ГИК.
— Таково мое представление о вредоносном вмешательстве. Я здесь против своей воли, и ты об этом пожалеешь.
Арада обхватила лицо руками.
— Может, тебе стоит вернуться в ванную и еще немного поразмыслить.
— Я уже закончил с размышлениями.
«Оно и видно», — сказал ГИК.
Знаю, знаю, я совершенно случайно наткнулся на эту мысль, но, что странно, злости совсем не убавилось.
— Ты прилетел сюда специально, и не на сигнал бедствия. Тогда зачем?