Больше всего хотелось обнять, сгрести на колени, погладить по голове, успокоить. Но все это невозможно сделать с женщиной, которая отталкивает.
Молча повернувшись, Мортен вышел и тихо прикрыл за собой дверь.
Снова вернувшись в палату отца, он сел в кресло рядом с кроватью Хеннинга и взял его руку в свою. Отец дышал ровно, но уже слишком долго не приходил в себя. Врачи заходили каждые десять минут — все переживали за главу кохона. Но они только раздражали. Когда кто-то снова заглянул, выводя из оцепенения, Мортен зарычал:
— Что вам надо? Не можете ничего сделать — хотя бы не шарахайтесь туда-сюда без пользы.
Молоденькая женщина-доктор из нанятых землян испуганно скрылась, а через пять минут зашел Лиссен.
— Мор, давай я посижу с ним, а ты поспишь немного.
— Ты сам не спал всю ночь, вот иди и спи, — раздраженно рявкнул Мортен.
— Мортен…, — хрипло позвал Хеннинг, судорожно сжав его ладонь, и они оба замолчали, уставившись на него.
Ресницы отца дрогнули, и он повернул голову, открывая глаза:
— Папа! Наконец-то! — выдохнул Мортен, обхватив его ладонь обеими руками.
— Сын, ты так орешь, что мне пришлось вернуться с того света.
— Прости, — прошептал он.
— Позову врача, — выпалил Лиссен, вылетая из палаты.
— Как ты себя чувствуешь?
— Бывало лучше. Кто еще пострадал?
Мортен перечислил имена, избегая называть Альму. Открылась дверь — зашли два врача, и его отогнали от кровати, чтобы провести осмотр.
Из-за дурацких врачей, которые боятся стресса, я заперта в палате без телефона. Но у меня для них сюрприз — это не успокаивает. Психую, чуть не плачу — они зовут Лиссена, и я бросаюсь к нему: мне надо домой, надо к детям, надо на работу, в конце концов!
— Дети с Кристиной, не волнуйся. Я позвонил, и она приехала, — мягко говорит он.
— Ты знаешь Кристину? — почти мгновенно успокаиваюсь я. Крис — это очень хороший вариант, дети давно с ней знакомы, и вполне могут провести вместе денек-другой.
— Да, ты же нас и познакомила, — спокойно отвечает он и смотрит в глаза открыто и доброжелательно.
— Ну… тогда ладно, — сдаюсь я, выдыхаю и сажусь на кровать. — Но сколько мне здесь еще быть? И как же моя работа?
— У тебя нет работы, — успокаивает он. — Хочешь перекусить или посмотреть фильм?
У меня нет сил спрашивать, какие еще перемены в своей жизни я забыла. Просто киваю, мне приносят пульт от огромной плазмы и поднос с фруктами.
Включаю фильм, но не смотрю, а думаю о своем. Мое тело так взбунтовалось при встрече с Мортеном, что я испугалась и психанула. Но правда была в том, что когда он коснулся моей руки, мне стало жарко и захотелось залезть на него. Он так гладил пальцем мое запястье… не представляю, что у нас было, если мы правда занимались сексом.