На губах промелькнула невольная усмешка. Противник выдался непростой.
Интересная игра только начиналась.
Когда сессия подошла к концу, к месту подошла молодая женщина лет двадцати с небольшим — строгий костюм, гладко убранные волосы, в руке планшет.
— Господин Акман просил передать, — произнесла она ровным тоном. — Если оставите контактные данные, мы организуем встречу для личного обсуждения вопроса.
В ответ ей протянули свежую визитку — плотную, с золотистым тиснением.
— В ближайшие дни график полностью расписан, — прозвучало вежливо, но с холодком. — Если предупредите хотя бы за час, смогу внести коррективы.
Послание было очевидным: не стоит внезапно назначать встречу, а потом изображать сожаление, если договорённость не состоится. Теперь ответственность лежала на ней. Девушка кивнула и, опустив глаза, отошла в сторону.
Едва шаги затихли, кто-то ухватил за рукав.
Резко обернувшись, можно было увидеть Ассо и Добби — оба с тревожными лицами, глаза метались, как у людей, почувствовавших беду.
— Шон, подожди секунду…
— Тебе лучше вернуться в номер. Сейчас же.
Они стояли по обе стороны, цепко держали за руки, будто боялись, что собеседник сбежит.
— Но ещё есть дела… — попытка освободиться встретила каменное сопротивление.
Ассо нахмурился:
— Произошли изменения в расписании.
Такое объяснение звучало слишком неубедительно, чтобы быть правдой. Никакие «изменения» не могли пройти мимо организатора. Однако ни один не собирался отпускать, и устроить сцену перед коллегами было бы глупо. Пришлось идти с ними.
Дверь люкса тихо захлопнулась — и сразу же вспыхнул гром раздражения.
— Ты обещал, что не устроишь ничего подобного!
— Говорил, что всё пройдёт спокойно, а теперь весь зал гудит!
Они обрушились с упрёками, будто изрыгая накопившийся страх. В ответ звучало спокойно:
— Никто не ожидал, что большая белая акула сама подплывёт ближе.
Несколько секунд — тишина. Потом Ассо хлопнул ладонью по столу:
— Причём тут это⁈ Зачем нарываться на Акмана?
— Разве вопрос — это провокация?
— Ты купил чужое время, чтобы задать его!
— Без этого невозможно было продолжить.
Добби нервно провёл рукой по волосам:
— Ты не понимаешь! Со стороны всё выглядело так, будто ты его публично вызвал на дуэль!
Усмехнулся, было невозможно сдержаться.
Выходит, именно так и восприняли — не как диалог, а как открытый вызов.
Акман постарался смягчить инцидент, выдав из себя вежливую улыбку и представляя всё как недоразумение, но для двоих присутствующих это выглядело как чистая прямолинейная конфронтация.
— Собираешься подраться? — резко выпалил Добби, голос резал воздух, будто зацепил края костюма.