Да и не такой уж прекрасный, кстати. О диетах здешние дамы слышать не слышали. Сплошь матроны с двойным подбородком.
Разумеется, я сразу отдал должное гостеприимству хозяев ратуши. Бочком-бочком, чтобы никто лишнего не подумал, подобрался к столам… и давай наворачивать!
В данный момент рядом никого нет, на еду никто не смотрит — в центре зала начинается подготовка к главному мероприятию. Можно ненадолго расслабиться. Высунуть из прорех в рясе все шесть рук и метать жратву в мою бездонную пасть.
Глотаю почти не жуя. Мое Направление внимательно следит за чужими взглядами — чуть только кто начинает поворачиваться, сразу прячу лишние конечности, делаю вид, что просто так стою, о бренности бытия думу думаю.
А отвернутся — опять ухомячивать за обе щеки!
Нажравшись так, что пошла икота, я неохотно оставил халяву в покое. Наесться впрок не получается даже у меня. Сушите весла, сэр.
— Что тут интересного, падре? — прохрипел я, протолкавшись к кардиналу и остальным.
— Ты где был, рожа демонская? — сурово зашипел на меня дю Шевуа. — Нечего тебе бродить без присмотра!
— Падре, я свободный человек в свободной стране. Брожу, где хочу, ни перед кем не отчитываюсь.
— Что это значит?
— То, что я бомж. Без паспорта, без прописки и без копейки денег. На родине мне вообще свидетельство о смерти выписали. И уже довольно давно.
— Тс-с-с-с!.. — шикнула на нас Аурэлиэль. — Ваше преосвященство, хотя бы вы вспомните о приличиях! Начинается!
Мы прислушались к голосу разума. Эльфы тоже иногда умные вещи говорят.
Кстати, Аурэлиэль и Цеймурд оказались не единственными нелюдями в ратуше. Кое-где видны скрюченные фигурки гоблинов — переводчики и секретари у важных шишек. Вон там стоят два эльфа с удивительно холодными глазами — одеты в строгие костюмы, на рукавах бриллиантовые запонки. А тот низенький мужичок с широченными плечами и бородищей до колен — несомненный цверг.
Воцарилась тишина. Похоже, наконец-то началось самое главное. В центре зала установили круглый стол из красного дерева, а вокруг него через равные промежутки расселись шестеро человек. Все как на подбор — крупные, отъевшиеся, богато одетые, длиннобородые.
Бороды у них особенно роскошные — ухоженные, расчесанные. У одного даже с бантиками.
Кандидаты в бургомистры обменялись кивками, пробурчали друг другу вежливые слова, а затем одновременно расправили бороды, вытягивая шеи как можно сильнее. К столу подошел важный чиновник — он нажал какой-то рычажок в подставке, и столешница поползла кверху. Через несколько секунд подбородки уважаемых кандидатов уперлись в гладкое дерево. Бороды легли на стол, вытянувшись к центру.