Пока мы ещё пользуемся остатками технологичных благ, какими-то вещами из «прошлого будущего» — аккумуляторами, фонариками, рациями, найденной электроникой, лекарствами с остатком срока годности. Но надолго ли этого хватит? — Пять лет? Десять? Двадцать? Батарейки сядут, техника выйдет из строя без запчастей.
В любом случае, когда-нибудь всё это кончится, а нового мы ничего не придумаем. Не до того. Не те масштабы, не те ресурсы, не тот уровень знаний, чтобы воспроизвести даже малую часть. Мы — не строители, мы — бомжи на свалке истории.
Вот ведь даже сейчас, чем мы в основном занимаемся? — Строим и укрепляем периметр из подручного хлама. Варим порох в самодельных котлах по кустарным рецептам. Набиваем гильзы, ремонтируем стволы. Из говна и палок придумываем очередную вундервафлю против тварей или мародеров.
Оно, конечно, понятно, что есть Город с его нескончаемыми руинами-ресурсами и постоянно появляющимися из его недр выжившими. Но и он не панацея, и скорее вредит, чем способствует нормальному развитию зарождающейся здесь, в селах, новой, островной цивилизации. Он источник опасности, болезней, безумцев и отчаяния.
Ведь по сути, в виде «десанта» из будущего, этот мир должен был получить мощнейший скачок в развитии по всем направлениям. — Медицина: передовые знания, оборудование, лекарства. Технический прогресс: инженеры, технологии, энергетика. Научные изыскания: понимание вируса, мутаций, новых законов мира. Невероятные социально-экономические чудеса возрождения на новой основе.
Но только нет, ничего из этого не случилось. — Толпа мародеров, грабящих друг друга за банку тушенки. Вооруженные огнестрелом дикари, воюющие за жёлтый металл. Работорговля и культ силы как основа «экономики». — Вот принесённый нами «дар» будущего прошлому. Возможно, я сгущаю краски, и всё не совсем так, или совсем не так, но в одном уверен точно: никакого толчка в развитии здешней, местной цивилизации появление людей из будущего — то есть нас, — не принесло. И никогда не принесёт, если всё будет продолжаться в том же духе — борьбы за сиюминутное выживание без мысли о завтрашнем дне. Мы не семя прогресса, мы — сорняк на руинах.
Не знаю, с чего меня запах утреннего дыма так потянул на эти мрачные, философские размышления, но, глубоко уйдя в свои мысли, я не сразу осознал, что за сараем, в глубине заснеженного огорода, кто-то ходит. Тишину нарушал отчетливый скрип снега под чьими-то шагами.
Скрипнет раз. Потом пауза. Снова скрипнет — еще шаг. Опять тишина. Приученный за месяцы опасностей реагировать кожей на любой подозрительный шорох, в этот раз я проигнорировал инстинкты, задумавшись. И лишь запоздало сообразив, что происходит нечто необычное и потенциально опасное, резко прижался спиной к холодной бревенчатой стене дома. Сразу вспомнились все ужасы последних месяцев. Тут и городские мародеры, подкрадывающиеся под покровом ночи. И зомби, молчаливые и нечувствительные к холоду. И те странные, почти невидимые твари — сторожа курганов, с ножичками наперевес. Я даже грешным делом подумал, что они теперь и за мной пришли. Мимолетно так, но почему-то всплыло. А так как оружия с собой не брал, выскочил на минутку — поэтому хвататься было не за что, кроме складного ножа в кармане. И я просто замер, максимально превратившись в слух, стараясь даже дышать тише.