Идти недалеко, но каждый шаг давался с трудом. Через полчаса — по ощущениям, часов у нас не было, — мы вышли на ту самую грунтовую дорогу, на которую я когда-то, словно в другой жизни, посадил заглохший «кукурузник».
С виду все было тихо и пустынно. Если кто-то и сторожил его, то с началом этой канонады охрана, скорее всего, бросила пост. Что и неудивительно.
На всякий случай мы выждали еще несколько томительных минут, прислушиваясь к тишине. Потом, вооружились тем, что нашлось — увесистыми обломками оконной рамы, — и потихоньку, с двух сторон, начали приближаться к темному силуэту самолета.
— Никого, — первым добравшись до фюзеляжа, негромко сообщил Леонид, постукивая дубиной по обшивке.
Но тут же, опровергая его слова, из-под хвоста самолета раздался негромкий шорох, а потом и четкие, осторожные шаги. Мы замерли. Я присел на корточки прямо на дороге, стараясь слиться с темнотой. Леонид затих у колеса.
Вот что делать в такой ситуации? Бежать? Так услышат, дадут очередь на звук — и привет, ромашки. Сидеть? Тоже не высидишь — заметят рано или поздно. Сердце снова забилось в паническом ритме.
Но не успел я толком испугаться, как в затылке возникло знакомое, колюще-зудящее ощущение. Словно кто-то водил по коже черепа холодной иглой. Это был питомец Ани. И, судя по интенсивности воздействия, находился он где-то совсем рядом, буквально в нескольких метрах.
— Э-эй… Ты где?.. — негромко, почти шепотом, позвал я, вглядываясь в темноту. Прислушался и повторил еще раз: — Ты где?.. Э-эй…
В темноте что-то зашевелилось. Из-под тени крыла, пошатываясь, появился твареныш. Он подошел почти вплотную, неуверенно рыкнул, больше похоже на хриплый кашель, и, шумно втягивая носом воздух, уселся напротив, уставившись на меня своими нечеловеческими глазами.
— Ну и видок у тебя… — не смог я сдержаться, глядя на его потрепанную «личность». Шерсть была в клочьях, одна передняя лапа поджата, и он мелко вздрагивал всем телом. Из рваной раны на боку сочилась темная кровь. Даже в этой тьме было видно, что он едва держится, чтобы не рухнуть.
— А вот теперь точно нужно бежать, — «вынырнул» из своего укрытия Леонид, так же растерянно разглядывая нашего инопланетного друга. — На нас с тобою им, может, еще и наплевать, а вот его наверняка будут искать по всему городу.
Была у меня, конечно, слабая надежда, что Клауса накрыло той миной, но это был бы слишком идеальный вариант. А предполагать в таких случаях нужно всегда худшее. Да и такие люди, как правило, умирают самыми последними. Поэтому я мысленно полностью согласился с Леонидом.