— Крупная клетка вам идет, — выдал Кард с таким видом, словно размышлял, не проверить ли, как мне пойдет камера для задержанных.
— Надеюсь, полеты вам посольский врач не запретил?
— Не догадался, сэр. А далеко?
— В полчаса уложимся, — пообещал Кард, — или еще быстрее. Сэр Невилл все же выжал из казначейства средства на приведение в порядок Тинтагеля. А столичный особняк Дома Дарнли не только лучше приспособлен для жизни, чем старый замок, но и расположен ближе.
— Мы полетим в гости к Пауку? Но… зачем там я?
Где находится упомянутый полковником особняк, я не знала, но могла предположить. Дом Дарнли являлся одним из пяти нынешних Великих Домов Арании, следовательно, их столичное родовое гнездо располагалось в «старом» Клавдиуме, на правом берегу Эффры. Еще точнее, в одной из долин за королевским замком. До позапрошлого века логичным выводом являлся бы дворец у реки, тогдашняя мода требовала сходить с корабля прямо в окна. Но после «Горелой весны» и особенно восстания на «Инвергордоне», когда мятежный корабль шел вверх по течению, паля по фасадам тех самых дворцов двойной картечью, аранийская высшая знать предпочла отгородиться от завистливых взоров и потенциальных пушечных залпов прибрежной грядой холмов. Многочисленные же вассалы получили очередной повод к интригам — отныне наиболее престижным считалось поселиться на дальнем от реки склоне, поближе к сюзерену. Вершины и особенно обращённый к воде склон почитались уделом неудачников, годных лишь принять на себя первый удар врагов и выиграть время для более достойных.
Увы, прогуливаясь по набережной Эффры, получалось увидеть лишь дома этих неудачников. Однообразно-унылые и вообще больше напоминавшие бастионы крепостей, чем жилые строения. Проникнуть же дальше одной ушастой любительнице архитектурных редкостей не дали высокая чугунная ограда и бдительная стража.
— Сэр Невилл желает обсудить мой доклад по Скаузеру, — нехотя признался Кард.
— … и поэтому вы решили принести меня в жертву, надеясь избегнуть начальственного гнева!
— Почему «в жертву»? — возмущение в голосе полковника прозвучало, на мой вкус, как-то неубедительно. — Сэр Невилл упоминал, что будет рад вас увидеть… и Марилена тоже.
— О, и она тоже там будет⁈ — оживилась я.
— Переданное с нарочным письмо, — Кард покосился на стол, где на зеленом сукне среди бумаг, папок и книг явно выделялся розово-желтый прямоугольник, с алой восковой печатью и тремя цветными ленточками. Выделялся, осознала я, не только цветом, но и запахом — от него тянулся слабый, но вполне различимый аромат «Ночной степи», любимых духов Марилены. «Сухая трава, холодный воздух и тихий дым под звёздным небом…»