— Сдаётся мне, шприц я не захватила, — пробормотала медсестра. — Сбегаю принесу. Но через минуту вернусь! Сергей Сергеич не позволяет задерживать приём лекарств, отругают меня за это.
Медсестра вышла за дверь.
— В ближайшие три дня я, увы, не смогу вас навестить, — быстро сказала Лиза. — Мы скоро будем переезжать в загородную резиденцию, бабушка просила меня проследить, чтобы всё подготовили как следует. Тётушке она не доверяет.
«Тётушке» — это государыне. Не доверяет… Забавно. Хотя я, пожалуй, не удивлён.
— Долг есть долг, — кивнул я. — Через три дня меня здесь, скорее всего, уже не будет. Но вы можете навестить меня дома.
— Нет-нет, что вы, — Лиза покачала головой. — Это будет уже совершеннейшее нарушение приличий. В больницу мне и то едва удалось вырваться. Но мы ведь с вами что-нибудь придумаем?
— Непременно! — пообещал я. — Вы сказали, что переедете за город? Так, быть может, там?
— О, пожалуй, — обрадовалась Лиза. — В Царицыно у нас всегда бывает много гостей. Тётушка устраивает благотворительные вечера, спектакли в зелёном театре. Что-нибудь обязательно придумается!
— О чём это вы, Елизавета Фёдоровна?
Вместе с медсестрой в палату вернулась запыхавшаяся Агнесса Леопольдовна. Под мышкой она держала вазу из зелёного стекла.
— Что это вы собрались придумывать? — Дуэнья с подозрением уставилась на Лизу.
— Изобретаем новые способы шлифовки малахириума, — важно, со значением сказал я. — Те, что мы наблюдали на Урале, устарели. Когда я выпишусь, планирую ещё одну поездку на рудник и приглашаю Елизавету Фёдоровну присоединиться.
— Даже не вздумайте! — Агнесса Леопольдовна всплеснула руками. — Выбросьте этот бред из головы! Елизавета Фёдоровна никуда не поедет.
— А вы не шумите, сударыня, — вмешалась медсестра. — Здесь больница, шуметь не положено! А больному пора принимать лекарства. Посторонних прошу покинуть палату.
Пока она выпихивала Агнессу в коридор, мы с Лизой успели обменяться прощальными взглядами и пожатиями рук.
— Я вам напишу, — прошептала Лиза.
Через два дня меня выписали. Ещё через два дня я уже довольно ловко ходил, опираясь на костыль. А ещё через день я вышел во двор и, стоя возле автомобиля, прикидывал, сумею ли сесть за руль и доехать до управления.
Захребетник ускорять моё выздоровление по-прежнему отказывался, а домоседство оказалось штукой приятной, но быстро наскучившей.
Меня приходил навестить старичок генерал, прочитавшей в газете об аресте банды. Ирина Харитоновна пересказывала сплетни, которые слышала от соседей и кухарки. Зубов развлекал, как мог — притащил граммофон, пластинки и стопку французских романов, позаимствованных у товарищей. Но что происходит на службе, мне оставалось лишь догадываться.